Мурманский УФСИН

В системе УИС Мурманской области психологи прошли курс — «Взаимодействие с участниками СВО: необходимые знания, навыки и методы работы, в том числе с осужденными ветеранами боевых действий».

Еще в конце прошлого года на заседании Общественного Совета УФСИН России по Мурманской области прозвучал запрос: необходимо  разработать программу подготовки сотрудников психологической службы в учреждениях для работы с посттравматическим синдромом после участия в СВО, как у сотрудников, так и у осужденных. Член общественного совета, директор социального центра-SOS Мурманск Наталья Курдвановская, этот запрос приняла и уже в июне 2026 года практически все психологи в ИК прошли соответствующее обучение.

А итогом стал, прошедший на днях углубленный обучающий семинар для психологов. 

Напомним: это обучение — не просто формальность, а жизненно важный этап подготовки к новым реалиям, с которыми сталкивается пенитенциарная система. Возвращение участников боевых действий в гражданское общество, в том числе в места лишения свободы, ставит перед психологами уникальные и сложные задачи. Ветераны несут в себе не только боевой опыт, но и глубокие психологические изменения, требующие особого, взвешенного и профессионального подхода.

Целью семинара было вооружить сотрудников УФСИН системными знаниями и практическими инструментами для эффективной и бережной работы.

Программа была выстроена таким образом, чтобы охватить все аспекты — от глубинной психологии до конкретных техник и методов работы.

Прежде всего участники поговорили о психологии боевого опыта.  Слушатели детально разобрали, как меняются участники боевых действий. Были изучены боевые психологические эффекты: агрессия, формирование эталона самосохранения и пребывание в экстремальных состояниях.

Особое внимание уделили различию между адаптивными и неадаптивными профдеформациями. Специалисты проанализировали, как эти изменения влияют на поведение человека при переходе в гражданскую систему координат.

Обсудили на семинаре и широко известный - ПТСР. Был развенчан миф о том, что любое девиантное поведение ветерана — это посттравматическое стрессовое расстройство. Психологи научились дифференцировать симптомы ПТСР от других состояний.

Еще одним блоком вопросов на семинаре стала работа с виной и ответственностью. Психологи освоили техники работы с юридической (реальной) виной. Главная задача здесь — помочь человеку принять ответственность за совершенное преступление, но при этом не допустить его саморазрушения. Отдельно была разобрана патологическая вина. Специалисты научились дифференцировать «вину выжившего» и «моральную травму» от чувства вины за нарушение законов. Понимание этих различий является ключом к построению правильной стратегии психокоррекции.

Глубоко вникли участники и в методы терапии травмы и планирование будущего.  Курс включал изучение современных подходов к работе с травмой и ПТСР. Также специалисты получили алгоритм работы с травмой и освоили конкретные методы: «пендуляция» (ритмичное чередование фокуса внимания) и «титрование» (постепенное погружение в травматический опыт малыми дозами).  Важной темой стала ресоциализация. Участники изучали, как трансформировать проработанное чувство вины из груза в ресурс для будущего. Были рассмотрены методики построения реалистичного плана на жизнь после освобождения.

А главное достижение семинара — обучение не ограничилось теорией. В программу были включены интерактивные форматы. Прошла деловая обучающая игра (автор Синицына Т. Ю.). В ходе игры психологи работали не только с материалами методического пособия, но и разбирали реальные кейсы, учась моделировать сложные ситуации взаимодействия с осужденными ветеранами.

Прошли участники семинара и упражнение «Чек-лист моих опасений при работе с участниками СВО».  Оно позволило каждому специалисту осознать свои личные зоны неуверенности, чтобы проработать их и повысить собственную стрессоустойчивость.

Как оценили учебу специалисты УФСИН, подобное обучение — это  значимый вклад в систему психологической помощи. Теперь сотрудники УИС обладают не только знаниями, но и уверенностью для оказания квалифицированной поддержки участникам СВО и членам их семей, способствуя их успешной адаптации и ресоциализации.

Антонян Нина

Даже того, у кого за спиной несколько «ходок», можно перевоспитать

Протянуть руку поддержки, когда от человека отвернулись все близкие, помочь стать законопослушным, полноценным членом общества и обрести стабильное будущее — главная задача сотрудников УФСИН России по Мурманской области. Об этом — наша сегодняшняя беседа с начальником ведомства Сергеем Бондарем.

Работа сокращает путь на волю

— Сергей Николаевич, совсем недавно ваше ведомство отметило 85-летие со дня образования. Традиционный вопрос: с чем подошли к профессиональному юбилею? Можно чем-то похвастаться?

— Вот хвастаться мы не привыкли. Идет плановая, стабильная работа во всех подразделениях, обычная наша жизнь с определенными достижениями и трудностями. Но главное, что в 2025 году ведомству удалось создать стабильную и управляемую обстановку в учреждениях, выполнены задачи по обеспечению надежности охраны объектов, недопущению массовых беспорядков, побегов из-под охраны и при конвоировании. Что касается весомых успехов, то заметно активизировалась производственная деятельность.

Прежде всего, мы смогли привлечь больше осужденных к трудовой деятельности, что положительно сказывается на их жизни как в период отбывания наказания, так и после освобождения. Сегодня доля работающих осужденных составляет почти 97 процентов, что выше среднего показателя по уголовно-исполнительной системе. Из тех, кто имеют обязательства по исполнительным документам, привлечены к трудовой деятельности 100 процентов. Что немаловажно, выросла среднемесячная заработная плата, это позволяет осужденным погашать долги по искам — рост составил почти 34 процента по сравнению с предыдущим годом. Сумма возмещения по исковым требованиям составила более 26 миллионов рублей, ранее эта цифра была около 17.

— Слышала, что ваша продукция славится высоким качеством и пользуется немалым спросом у покупателей. А каков спектр деятельности?

— Основными направлениями производства в исправительных учреждениях УФСИН сейчас является изготовление швейных изделий, а также продукции из металла. Учреждения могут производить для нужд органов государственной власти области и местного самоуправления спецодежду для коммунально-бытовых служб, униформу и постельные принадлежности, контейнеры для ТКО, урны, лавки и многое другое. В 2025 году учреждениями УФСИН заключено 47 государственных контрактов на общую сумму более 90 миллионов рублей.

В течение прошлого года с промышленным сектором УФСИН ознакомились многие официальные лица и представители бизнес-сообщества, гости посетили швейные участки, оценили техническое оснащение, условия труда, продукцию, особо отметив качество изделий. Они видят в центрах трудовой адаптации надежных партнеров. Было проведено 67 выставочно-ярмарочных мероприятий по всей области. На базе мурманской колонии состоялись две масштабные выставки промышленных товаров, производимых в центрах трудовой адаптации исправительных учреждений региона. Наша продукция также была представлена на выставке 14-й международной горнопромышленной конференции «Баренц-Арктическое экономическое партнерство — взгляд в будущее».

Есть повод для гордости: рекламаций на нашу продукцию практически не бывает. Хочу подчеркнуть: ведомство заинтересовано в развитии производства и получении достаточного объема сторонних заказов. Этот экономический симбиоз позволяет решать ряд важных задач: обеспечивать оплачиваемой работой максимальное число осужденных, способствовать возмещению ущерба потерпевшим от преступлений, увеличивать налоговые отчисления в региональные бюджеты. А главное — трудовая занятость осужденных как важный инструмент их успешной ресоциализации является прямой инвестицией в социальное благополучие региона и снижение уровня повторных преступлений.

Пробация: не утонуть в океане свободы

— Конечно, заработок для осужденных очень важен. Да и время за работой бежит быстрее. Но вот человек вышел, и сразу возникает вопрос: куда ему податься? Ведь не всех осужденных дома преданно ждут жены и соскучившиеся дети. Бывает, что родные от преступника отказываются в период следствия и его пребывания в МЛС. Знаю, что уже два года действует закон о пробации, который реально помогает освободившимся найти свое место в обществе. Можно ли уже сказать, что он реально помогает?

— Безусловно, можно. Этот вид поддержки направлен на ресоциализацию, социальную адаптацию и социальную реабилитацию лиц, освободившихся из учреждений. Наша задача — чтобы человек, еще находясь в местах лишения свободы, знал и понимал, где он будет жить, работать, чем заниматься после освобождения, именно к этому мы его должны подготовить, пока он еще находится у нас. В частности, помочь оформить необходимые документы, посодействовать налаживанию социальных связей, обучить востребованным профессиям. Одним словом, сделать все, чтобы человек не потерялся на свободе и не ступил вновь на кривую дорожку. И тут неважно, сколько отсидел — год или двадцать, мы максимально осуществляем все возможное, чтобы он был готов к жизни добропорядочного гражданина. Для общества небезразлично, как адаптируются к реальной жизни те, кто освобождается из мест лишения свободы. Это ведь вопрос безопасности и благополучия всех нас — обычных граждан.

— Знаю, что, реализуя положения закона о пробации в РФ, вы заключили 114 соглашений с органами региональной исполнительной власти, местного самоуправления, а также с минтруда и социального развития Мурманской области, администрациями Кольского, Терского и Кандалакшского округов, ЗАТО Заозерск и Островной, уполномоченным по правам человека в Мурманской области и иными учреждениями. То есть людей и разных ведомств привлечено немало. А что конкретно уже сделано?

— Многое. Например, создан центр пробации на 28 человек, который предоставляет временное место для проживания освободившимся, находящимся в трудной жизненной ситуации. Он открыт в Мурманске в конце 2024 года на базе филиала автономной некоммерческой организации «Центр социальной адаптации «Другой формат». Обратившимся в центр помимо предоставления временного жилья оказывается комплекс социальных услуг, среди которых содействие в получении социальной, правовой, медицинской помощи, помощь в трудоустройстве.

С 2025 года в регионе функционирует Единый реестр лиц, в отношении которых применяется пробация. К нему уже подключены 15 организаций. За год в Кольском крае около 400 осужденных получили адресную помощь в рамках исполнительной и пенитенциарной пробации. За оказанием содействия обратились 45 человек, освободившихся из мест лишения свободы.

И еще очень важный момент: 5 ноября 2025 актуализировано соглашение о взаимодействии УФСИН с филиалом государственного фонда поддержки участников СВО «Защитники Отечества». На основании этого документа лица из числа участников СВО, ранее подвергнутые уголовному наказанию, при обращении в филиал фонда информируются о праве на обращение в УФСИН для получения помощи в соответствии с законом о пробации. Те, кто обратились за помощью, ее уже получают.

— Сергей Николаевич, вы максимально открытый для общения руководитель пенитенциарного ведомства и очень внимательно рассматриваете обращения. А как с их количеством — заявлений не становится больше?

— Напротив, стало меньше. В 2025 году на треть уменьшилось количество обращений в УФСИН и подведомственные учреждения. А для диалога мы всегда открыты. Еженедельно я, мои заместители и начальники всех учреждений проводим личные приемы граждан. Ежеквартально в УФСИН проходят прямые телефонные линии с родственниками отбывающих наказание в нашем регионе. Во всех прямых линиях принимают участие уполномоченный по правам человека в Мурманской области Михаил Шилов, председатель Общественного совета при УФСИН Юрий Мананков, председатель Общественной наблюдательной комиссии Мурманской области Павел Пирогов и член ОНК Максим Сахневич.

— В исправительных колониях содержатся люди, уже отбывающие заслуженное наказание. Но слышала, что сотрудники УФСИН еще и помогают региональному УМВД раскрывать преступления прошлых лет. В 2025 году были такие случаи?

— Таких случаев не так уж мало. Оперативные подразделения УФСИН России по Мурманской области и регионального УМВД много лет четко и слаженно работают, чтобы обнаружить преступников, которые долгое время скрывались от следствия. В течение 2025 года нашими оперативными подразделениями была оказана помощь правоохранительным органам в раскрытии 311 преступлений, из которых 112 относятся к категории тяжких и особо тяжких. Проведенный совместный комплекс оперативно-разыскных мероприятий и разработок позволил раскрыть 26 преступлений прошлых лет. Наши сотрудники помогли следственным органам не только установить обстоятельства уже совершенных преступлений, но и в ряде случаев предотвратить новые противоправные деяния.

Большой вклад оперативники УФСИН внесли и в борьбу с наркопреступностью. Ими оказано содействие региональному УНК УМВД в раскрытии 79 преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков.

На СВО — вслед за сыном

— Известно, что ваше ведомство активно помогает участникам СВО. Расскажите об этом.

— На данный момент у нас числится около 50 человек из числа бывших и действующих работников УФСИН, принимающих или принимавших участие в боевых действиях СВО. Мы гордимся этими самоотверженными людьми и всесторонне оказываем помощь.

Особое внимание уделяем семьям тех, кто погиб при исполнении воинского долга. Открыта мемориальная доска Сергею Хатанзею, служившему в ИК-23. На памятной стене воинского мемориала в Кандалакше высечены имена погибших воинов, среди которых значатся Алексей Кузьмич и Алексей Егоров, ранее проходивших службу в зеленоборской колонии-поселении.

Также на постоянной основе оказывается бытовая, психологическая, консультативная юридическая и медицинская помощь близким родственникам бывших сотрудников — участников СВО. Еще сотрудники регулярно навещают раненых в госпиталях. Три сотрудника УФСИН из группы «Музыкальный рубеж» выезжали в Луганскую и Донецкую Народные Республики. В составе агитбригады Министерства обороны они выступали с концертами перед бойцами.

И конечно, коллектив УФСИН на постоянной основе собирает и отправляет на территорию СВО гуманитарную помощь в рамках всероссийской акции «Своих не бросаем». Это совсем не полный перечень того, что делается в этом направлении.

Не могу не сказать отдельно о ветеране уголовно-исполнительной системы Михаиле Дугине. Год назад, исполняя указ президента России, губернатор Мурманской области вручил ему орден Мужества. Михаил Михайлович проходил службу в уголовно-исполнительной системе Заполярья с 1987 года по сентябрь 2006-го, до этого служил в Волгограде. Был сотрудником отдела специального назначения «Айсберг» УФСИН России по Мурманской области. Обладатель крапового берета — высшего знака отличия бойцов спецназа России, участник чеченской военной кампании, награжден государственными и ведомственными наградами. В прошлом году Михаилу Дугину исполнилось 70 лет. А на специальную военную операцию он ушел вслед за сыном в 68 лет.

В один из дней Михаил Михайлович, эвакуируя раненого товарища с поля боя, подвергся атаке двух вражеских FPV-дронов и был тяжело ранен. Отважный северянин перенес несколько операций, но ранение не сломило дух боевого офицера. Михаил Дугин после реабилитации вышел на работу и активно участвует в сборе помощи боевым товарищам из своего подразделения.

Разговор без галстуков

О том, что региональный УФСИН проводит большую работу по профориентации и патриотическому воспитанию подрастающего поколения в Заполярье, широко известно. Уже пять лет в Мурманске существуют кадетские классы пенитенциарного ведомства. Первый такой класс был открыт в школе № 5 в 2021 году, положив начало славной традиции. И уже немало выпускников прошлых лет учатся в вузах ФСИН России, что говорит об успешности сотрудничества регионального УФСИН со школой.

Ежегодно для кадетов формируется специальная программа дополнительного обучения, к участию в которой привлекаются профессионалы различных направлений деятельности уголовно-исполнительной системы региона. Кадеты — постоянные участники всех значимых культурно-массовых и спортивных мероприятий города и области. Начальник УФСИН посещает многие мероприятия и контролирует выполнение ежегодного плана работы.

Как и подчиненные, Сергей Бондарь нередко встречается с кадетами и старшеклассниками школ Заполярья. И на каждой встрече сразу говорит:

— Ребята, не смотрите на мои погоны и мундир, забудьте о должности и звании: спрашивайте, что хотите. Запретных тем нет.

И ребята охотно включаются в диалог, задают самые каверзные вопросы, порой «на засыпку», спрашивают даже на личные темы. Особенно интересует многих, как Сергей Николаевич выбрал столь серьезную и опасную профессию, требующую мужества, а порой и самоотверженности? Спрашивают, куда надо поступить, чтобы стать силовиком, какие экзамены сдавать, какие риски ожидают их уже во взрослой жизни, на какие социальные льготы можно рассчитывать? За интересной беседой участники часто забывают о времени. Не раз бывало, в учебный класс заглядывал директор школы и напоминал, что урок давно закончился, а конца оживленному диалогу не видно.

— Многие из взрослых сейчас ругают молодое поколение, мол, сидят сутками в своих телефонах, играют в игрушки, стрелялки, чего от них путного ждать? — делится своими мыслями Сергей Николаевич. — Категорически не согласен! Встречаясь с молодыми северянами, с кадетами, каждый раз убеждаюсь: растет умное, серьезное, думающее поколение. И впереди у этих ребят, я уверен, немало славных дел. А главное — на них можно положиться, они не подведут.

— Сергей Николаевич, наше интервью выходит 12 марта, в День работника уголовно-исполнительной системы России. У вас есть возможность через нашу газету поздравить коллектив с профессиональным праздником.

— Уважаемые коллеги, дорогие ветераны! Стоящие перед нашей службой задачи требуют от каждого сотрудника полной самоотдачи, взыскательности к себе, умения мыслить стратегически, сочетать строгость в исполнении обязанностей с чуткостью к проблемам окружающих, а также неизменной преданности долгу и принципам справедливости. Хочу выразить искреннюю признательность всему личному составу за добросовестное исполнение служебных обязанностей, высокий уровень ответственности и готовность, не считаясь с личным временем, достигать поставленных целей.

Моя особая благодарность — ветеранам — за весомый вклад в укрепление государственности, мудрую поддержку опытным работникам и бескорыстную помощь молодым сотрудникам в освоении всех тонкостей профессии. И конечно, отдельная искренняя признательность семьям, родным и близким работников, всегда готовым быть опорой и хранить тепло домашнего очага.

Антонян Нина

Опубликовано: Мурманский вестник от 12.03.2026

Пенитенциарный психолог добивается того, чтобы подопечные в колонию не возвращались

Если мы, пребывающие на воле, хотим жить спокойно, то из мест лишения свободы должны выходить люди, способные как минимум относиться адекватно к окружающим. А еще — умеющие управлять собой, своими чувствами и эмоциями. Чтобы не сорваться в очередной раз, не натворить опять криминальных бед. Чтобы преступившие закон люди стали такими, в УИС Мурманской области несут службу 26 психологов.

Крутой поворот

Как люди приходят в эту профессию? В туломскую школу, где учился юный Вова Шипицин, как-то пришла психолог с интересными тестами. По результатам тестирования психолог дала рекомендации старшекласснику выбрать профессию в системе «Человек — человек». Этот совет повлиял на решение выпускника школы поступить в Мурманский государственный педагогический университет. А на учебной практике в… детском саду Владимир смог применить полученные там знания. Дети полюбили необычного воспитателя, а заведующая уговаривала вернуться на работу уже с дипломом. И это был, наверное, первый случай в ее работе, когда она увольняла сотрудника «в связи с уходом на службу в Вооруженные силы». И очень просила вернуться из армии к ним в детсад.

Но судьба сделала неожиданный кульбит: после армии Владимир Шипицин пришел работать в психологическую службу УФСИН. Переключиться с общения с трех-четырехлетними малышами на взаимодействие с не просто взрослыми, а осужденными, попавшими в ИК после тяжкого преступления — убийства, грабежа, разбоя, — для молодого психолога было своеобразным вызовом. Но Владимир с ним справился. Теперь майор внутренней службы Шипицин в УФСИН — старший психолог.

— Поначалу было сложно, — признался он. — Мне было всего 23 года, опыта не хватало. Но осужденные видели, как я работаю, насколько могу быть им полезен, отмечали, что не сижу в кабинете, часто посещаю отряды, провожу работу в отрядном звене. Считаю, что люди должны видеть, что ты заинтересован в них и в их проблемах. В этом случае они приходят к тебе сами. А если еще и чувствуют в тебе компетентность и знания, то охотнее с тобой общаются. Получается классика: хочешь показать, что ты хороший работник, — работай!

Как разбудить душу

Психолог — всегда душевед. А что в душе преступника? Как понять, какие чувства и эмоции в ней бушуют и чего ждать от этой бури?

Если писателей называют инженерами человеческих душ, то тюремные психологи — это истинные целители для своих подопечных. Ведь никому другому не приходится так часто помогать осужденным в решении проблем, связанных с их эмоциональным состоянием. Главная задача пенитенциарного психолога — исследовать внутренний мир человека, постараться понять его и помочь снизить степень негативных эмоций и поведения.

— Если человек приходит с осознанной проблемой и говорит сам себе, что да, она у меня есть и я хочу ее решить, то тут все зависит от того, какие у него личностные особенности и качества, с которыми мы работаем, насколько он гибок в целом как личность, — рассуждает Владимир Дмитриевич. — Но все это индивидуально: с кем-то приходится работать полгода, с кем-то больше. У нас есть программы, рассчитанные на определенный срок. Например, на полгода, где предусматривается восемь занятий. Но если мы не успеваем за это время что-то проработать в групповых формах взаимодействия, то переходим к индивидуальному методу.

Иногда бывает так: работа с группой осужденных закончена, они успели все понять и усвоить. Но, получая от психологов эмоциональный заряд и позитив, осознав, что им действительно помогли, многие начинают приходить сами. Для консультаций, бесед по поводу вопросов, которые у них появляются после того, как душа разбужена занятиями. И работа продолжается.

С какими вопросами чаще всего обращаются заключенные к психологу?

— Главный вопрос, который возникает у человека, который первый раз отбывает наказание: почему я здесь? — отметил Владимир Шипицин. — Очень трудно прийти к осознанию своего преступления и почти невозможно принять большой срок наказания. Как правило, многие считают, что к ним применили чересчур суровые санкции. Такие осужденные склонны свое преступление оправдывать для себя каким-то неудачным стечением обстоятельств. Дескать, не так уж я и виноват, я не сделал ничего особенного, ну подумаешь — подрался, украл или ограбил… Я же не со зла, просто пьяный был, себя не помнил, а судья назначил чрезмерное наказание. Тут дело психолога — помочь человеку взглянуть на себя трезво, беспристрастно осознать свое преступление и захотеть все исправить.

Еще к тюремному психологу часто приходят с семейными проблемами. От того, что осужденные находятся вдали от родных, они испытывают эмоциональную депривацию. Единственная связь — переписка и нечастые телефонные разговоры — их потери в этом плане не компенсирует. И есть какие-то моменты, которые осужденный не может откровенно и честно проговорить с женой и приходит с вопросом. Например: «Я не могу до нее достучаться, а как мне построить с ней диалог?» И, конечно, бывает, что человек хочет проговорить, как ему найти общий язык с окружением в отряде. С другими сидельцами, а также с сотрудниками УИС. В общем, как жить в тех условиях, в которые он попал.

Исправить зигзаг судьбы

Психологи делают все возможное, чтобы осужденный встал на путь исправления. Но, как заядлый курильщик, который сможет бросить курить лишь после того, как сам по-настоящему захочет этого, осужденный сможет перековаться, только когда осознает, что виноват, и сам захочет пройти перезагрузку, исправить зигзаги судьбы.

Были ли те, кто вышел на прямую дорогу с помощью психолога? Были!

Владимир Шипицин вспомнил одного парня, у которого был огромный срок за бандитизм в составе организованной группы.

Кто не помнит атмосферу «лихих» 90-х? Жизнь в тех новых реалиях постперестройки казалась безумной и непостижимой. Многие словно сошли с ума, бросившись в какие-то немыслимые авантюры, в сумасшедший забег за наживой в стремлении захватить кусок пожирнее. Обзавестись малиновым пиджаком, престижной тогда «девяткой» цвета мокрого асфальта, золотыми цацками. Иные спортсмены шли в преступные группировки, выполняя роль братков, «быков», рэкетиров на службе у авторитетов. А результат предсказуем: многие впоследствии сели на тюремные нары.

Вот и этот, осужденный к огромному сроку, в свое время решил с братками-бандитами тряхануть крупного бизнесмена и наварить себе капитал по-быстрому. Но получил не пачки вожделенных купюр, а суровый приговор. Не Канары, а нары. Наказание отбывал в колонии строгого режима. А через несколько лет ему повезло, блеснул луч надежды: по переписке познакомился с девушкой. Она ему писала и на свидания приезжала. Парень влюбился.

— И в один прекрасный момент он сам ко мне обратился и сказал прямо: мне нужна помощь, — вспоминал этот случай Владимир Шипицин. — Рассказал, что давно сидит и просто разучился выстраивать диалог с нормальными людьми. Не с товарищами по зоне, с которыми говорит на одном языке, а с вольными, в частности, с девушкой, которая ему теперь дороже всех.

Ему нужна была помощь в развитии коммуникативной сферы, требовалось научить его гасить вспышки агрессии. Физически он был очень хорошо развит, спортсмен, и такая вспышка, как правило, заканчивалась избиением противника. Что могло опять же привести к соответствующей статье и увеличению срока. А он этого совсем не хотел.

— Мы с ним работали два с половиной года, — вспоминает психолог. — Конечно, рецептов погасить вспышки нет, но основная масса наших проблем, как бы банально это ни звучало, идет из детства. И вот мы с ним перелопатили его судьбу — исследовали ее зигзаги, начиная с детско-родительских отношений (там были со стороны взрослых жестокие побои и тяжелое доминирование). А он потом эту доминантность переносил на других людей, пытался доказать, что он — главный. Поэтому и спортом стал заниматься, чтобы самоутвердиться. После наших занятий с коммуникативной сферой ему стало проще, потому что, когда ушла агрессия, отношения стали налаживаться. Главное, что мы смогли его научить бороться с гневом. Есть различные техники, достаточно эффективные. Но тут главное, чтобы он понимал, как это у него зарождается, что приводит к агрессии. И надо в этот момент производить переключение. Чтобы вспышка гнева не перерастала в нечто неуправляемое. Как только он дошел до этого понимания, научился переключению функций, он стал использовать это в жизни. Даже в той среде, в колонии, где вспыхивали мелкие конфликты, он учился работать над собой. Переключать агрессию в другое русло. И все у него наладилось. У человека не было изначально выстроено нормального поведения в конфликтной ситуации. Хотя раньше он все вопросы решал кулаками. Не обдумывая пути и возможные варианты решения спора, конфликта.

В итоге он вышел из колонии строгого режима в обычную. Провел последние 9 месяцев без нарушений, прошел аттестацию. Еще в ИК сыграл со своей невестой свадьбу, сейчас у них отличная семья. Устроился по профессии, зарабатывает неплохие деньги.

— Как-то мы с ним встретились на воле, — вспомнил Шипицин. — Он рассказал: есть жена, есть ребенок и работа, которая позволяет их достойно содержать. А окружение? Он обрубил все контакты, когда освободился, все звонки и предложения от бывших друзей. Мне, сказал, это не нужно. Криминальное прошлое осталось в прошлом и давно похоронено.

Футбольные мамы и их дети

Можно ли годами прорабатывать, раскладывая по полочкам, чужие горести и проблемы и при этом остаться абсолютно спокойным? Психологи — живые люди и поневоле пропускают сквозь свое сердце все, что видят и слышат в рабочее время. А справляться со стрессами помогают хобби. У Владимира Шипицина это, во-первых, семья, общение с женой и детьми, а во-вторых, футбол. Футбол, которым он занимался долгие годы в детстве и юности и без которого даже сегодня не мыслит своей жизни.

Старший психолог УФСИН все свободное от службы время отдает любимому делу — он получил диплом тренера в спортивном вузе и успешно учит мальчишек играть в футбольной школе «Спартак Юниор Мурманск». Но теперь Владимир является тренером еще и команды футбольных мам. Мам этих самых мальчишек, которые сначала приводили к тренеру Владимиру Дмитриевичу своих пацанов, ездили с ними на соревнования, болели за них, а потом как-то незаметно и сами стали играть. Да не просто гонять мяч, а пришли к тренеру с просьбой создать женскую команду. Назвали ее просто — «Футбольные мамы».

Самой молодой футболистке — 24 года, старшей — 48 лет. Сейчас в команде 16 человек. Все выстраивали с нуля — постановки удара, передач, грамотное перемещение по полю. А сейчас, спустя полтора года, уже можно сказать, что женщины играют почти не хуже своих детей, которые осваивали футбольные тонкости годами. А дети ими гордятся. Приходят болеть, делятся пусть небольшим, но ценным опытом.

В конце ноября 2024 года эта женская команда вернулась из Санкт-Петербурга, где приняла участие во Всероссийском фестивале футбольных мам. Представители 48 команд из 22 регионов страны боролись за победу и среди них — единственные из Мурманской области — «Футбольные мамы» со своим тренером.

— Настрой девушек был настолько силен, что эту энергию было не обуздать, — рассказал Владимир Шипицин. — Когда они узнали, что можно осуществить свой первый выезд на чемпионат, сомнений не было вообще. Они сказали: все, мы едем! А вы, тренер, с нами ведь поедете? Конечно! Как я мог отказаться?

Соревнования были трудными, но невероятно эмоциональными и дружескими. Мурманчанки привезли со своего первого чемпионата не только опыт, но и многочисленные контакты — новых подруг и друзей со всей России.

— Эмоций было — море! Хотя без травм на поле не обошлось, — призналась капитан команды Анастасия Квятковская. — И хотя мы были немножко побиты, но не сломлены. Укрепились в девизе: только вперед!

А еще, выступив в Северной столице, мурманские спортсменки ощутили: в целом их уровень игры вполне достойный. И это дает надежду на будущие победы. Как им, так и их тренеру. Кстати, Владимир признался — в работе с командой ему очень помогает опыт психолога.

Нина Антонян

Опубликовано: Мурманский вестник от 05.09.2025

В оленегорской колонии-поселении № 24 завершилась программа «Я — родитель! Перезагрузка!»

С мая по июль осужденные колонии, имеющие несовершеннолетних детей, принимали участие в этом социальном проекте. Он направлен на повышение компетенций мам и пап, отбывающих наказание, а также на формирование навыка позитивного взаимодействия между детьми и осужденными родителями.

Давнее партнерство

Реализация программы в КП-24 стала возможной благодаря многолетнему сотрудничеству управления ФСИН по Мурманской области с «Социальным центром — SOS Мурманск» в вопросах применения пробации в регионе. Напомним: пробация — это комплекс мер, направленных на оказание помощи осужденным и лицам, освободившимся из исправительных учреждений, которые оказались в трудной жизненной ситуации. Соответствующий федеральный закон принят всего два года назад, в 2023-м, а вот специалисты соццентра стали решать эту проблему гораздо раньше.

Практически сразу, как завязалось их тесное сотрудничество с УФСИН в 2012 году, в соццентре начали оказывать услуги сопровождения тем, кто отбывал наказание, оставив дома несовершеннолетних детей. А так как за годы взаимодействия накопился огромный опыт в этой сфере, уже в 2018 году специалисты центра разработали новый проект — «Я — родитель! Перезагрузка» и получили на его реализацию президентский грант.

С тех пор программа успешно работает, в ней уже приняло участие немало семей из Мурманска, Ловозера, Ревды, а также осужденные из оленегорской КП-24.

— В 2012-м был наш первый опыт общения с родителями, которые находятся в местах лишения свободы, — говорит директор «Социального центра — SOS Мурманск», член общественного совета при УФСИН Наталья Курдвановская. — А уже потом программа успешно реализовывалась в районах области и доказала свою пользу. В конце июля этого года мы завершили ее очередной виток.

13 участников в течение восьми недель погружались в комплексную программу обучения, сочетающую теоретические знания и собственный опыт обучаемых. Занятия проходили в формате встреч со специалистами соццентра с использованием современных образовательных методик. Среди них были групповая дискуссия, «мозговой штурм», анализ личного опыта, работа в малых подгруппах, игровые упражнения для закрепления.

— Но ведь лица, попавшие в места лишения свободы, как правило, граждане асоциальные, не способные позаботиться даже о себе, а тем более об оставшихся на воле детях. Вы будете их этому учить? — спросила я у Натальи Викторовны.

— Будем! — решительно ответила она.

Воплотить мечты в реальность

Проблема, которую взялись решать сотрудники социального центра вместе со специалистами УФСИН, очень непростая. Как-то раз мне довелось побывать в КП-24 и поговорить с местными сидельцами. Хорошо помню, как одна молодая мама, у которой дома остались двое детей, долго и горячо излагала мне свои мечты о том, как она вернется, схватит в охапку своих малышей и… умчится с ними на край света. Подальше от черствой родни (которая, кстати, на момент ее отсидки, кормила и содержала малюток) и криминальных друзей — к счастливому будущему. При этом она даже не смогла толком объяснить, с кем и где сейчас конкретно находятся ее ребятишки, на что они питаются, в какие детские сады ходят. И уж, конечно, гнала от себя неудобные вопросы: а на какие деньги она, выйдя на свободу, увезет своих крох в даль светлую, где найдет работу, чтобы себя и их содержать, где они будут жить? Девушка была ужасно далека от юридических тонкостей, к примеру, как восстановить родительские права. Наивность ее рассуждений зашкаливала, она витала в облаках и, казалось, сама верила, что все так и будет.

Проект, который работает в регионе с 2018 года, должен в какой-то мере опустить на землю таких мечтательниц и научить не только тому, как вернуть детей и восстановить статус и права родителя, но и как жить в реальном мире.

Он включает комплексное сопровождение семей, где родители либо были, либо находятся в местах лишения свободы. Или осуждены условно. То есть тех, где есть потенциальный риск социального сиротства. В ходе реализации предусмотрены обучение социально-правовой грамотности участников проекта и подготовка неблагополучных мам и пап к моменту их выхода из мест лишения свободы к успешной социализации и адаптации в обществе. Что очень важно, в проект также заложена необходимость повышения профессионального уровня специалистов учреждений и организаций Мурманской области, которым предстоит работать с такими семьями.

— Это наша авторская программа, куда вложен многолетний опыт сотрудников, — напомнила Наталья Курдвановская. — Когда она создавалась, мы по результатам каждой новой группы вносили корректировки, подбирали новые материалы, потому что каждая новая группа нам всегда давала какую-то другую задачу. На сегодня эта программа в себе аккумулировала различные взгляды, возможности ее подачи, наработки, наш опыт. Но главное в ней осталось — это повышение родительских компетенций. И мы всегда говорим и уверены в этом: все родители гениальные, потому что бог им дал ребенка и дал возможность растить из него хорошего человека. У всех у них в любом случае, при любых их недостатках и жизненных неудачах есть какой-то родительский опыт. Но есть и проблемы, причем немалые. А мы им предлагаем новый взгляд на ту или иную проблему. Но это — учитывая их опыт. И эта разноплановость взглядов делает их родительские компетенции богаче и полезнее.

На пользу детям

Как встречают сотрудников «Соццентра — SOS Мурманск» их подопечные в колонии? Поначалу, конечно, с недоверием и некоторой опаской. Идут на первое занятие с независимым, гуляющим видом, дескать, ну ладно, посижу-послушаю, что они там скажут, хоть развлекусь. А вот провожают по окончании программы чуть ли не со слезами, как людей, ставших за месяцы общения родными и близкими. И спрашивают: когда эти специалисты к ним вернутся? И это понятно. Ведь участники проекта получают очень многое. Полезные встречи с юристами, психологами, специалистами центра занятости, а также семинары-тренинги, клубы выходного дня, занятия по программе «Сильные родители — сильные дети». А ведь ребятишкам, которые ждут своих мам и пап на свободе, они нужны именно такими — сильными, уверенными в себе, подкованными юридически, адаптированными социально. Только тогда у каждого ребенка появится свой — любимый и теплый — дом.

На этот раз в ходе реализации программы в Оленегорске тренеры уделили основное внимание следующим темам: «Что действительно важно в воспитании», «Основные психические потребности ребенка», «Каков я как воспитывающий?», «Как я выражаю свои чувства», «Пример или совет. Что имеет большее влияние?», «Как вести себя в проблемных ситуациях», «Установление границ. Для чего они нужны?».

— Каждая тема сопровождалась девизом, который задавал направление, мотивировал их и служил напоминанием о важности цели занятия, — подчеркнула Наталья Курдвановская. — При помощи домашних заданий, которые осужденные родители получали от тренеров на каждом занятии, теоретические знания применялись участниками курса в повседневных жизненных ситуациях. А попутно происходило осознанное изменение поведения.

По итогам обучения всем участникам были вручены свидетельства о прохождении программы.

Реализация этой программы является частью деятельности по развитию практики «Траектория жизни», осуществляемой при поддержке благотворительной организации «Детские деревни SOS» и благотворительного фонда «Абсолют-Помощь».

Нина Антонян

Опубликовано: Мурманский вестник от 14.08.2025

Если на юге весна ассоциируется с пробуждением природы, солнышком и первыми зелеными листочками на деревьях, то на Севере она, скорее, напоминает серого воробушка, искупавшегося в луже. Эмоциональное состояние на нуле. А если к нему еще добавить повышенную тревожность и апатию, которые в наше нестабильное время не редкость, то пиши пропало – прямая дорога к психологу.

Мы не стали отставать от веяний времени и тоже обратились к психологу, но не за помощью, а с просьбой об интервью. Наша собеседница – психолог необычный, а пенитенциарный. Татьяна Клекачева – начальник психологической лаборатории Оленегорской колонии-поселения № 24 УФСИН России по Мурманской области. По долгу службы она имеет дело с психологическими проблемами осужденных, а в свободное от работы время… ходит на вторую работу! Татьяна Викторовна с детства увлекается каратэ, а теперь сама преподает основы боевого искусства в Центре внешкольной работы.

Из детского сада – в колонию

– Татьяна Викторовна, как так вышло, что Вы, хрупкая снаружи девушка, работаете в колонии? Как Вы здесь оказались?

– По образованию я психолог. Три года работала по специальности в школе, потом еще четыре месяца в детском саду с малышами. В колонию пришел устраиваться мой муж. Когда узнали, что жена психолог, пригласили меня на работу тоже. На тот момент в исправительном учреждении эта должность была вакантной. Я согласилась. 21 августа 2006-го года – мой первый рабочий день.

– За какие преступления отправляют отбывать наказание в колонию-поселение?

– Чаще всего за неуплату алиментов, совершение ДТП, самовольное оставление части, отказ выполнить приказ командира, кражу, употребление и хранение наркотических средств. Специфика этого вида исправительного учреждения состоит в том, что здесь содержатся как мужчины, так и женщины, хоть и в разных отрядах. Сюда же попадают впервые осужденные за совершение преступлений небольшой и средней тяжести. В колонию-поселение могут перевести с общего режима, если человек положительно зарекомендовал себя, как шаг на пути к исправлению и жизни на свободе в будущем.

– Вы сами испытывали какие-то страхи и сомнения при устройстве на такую специфическую работу?

– Мне понадобился год на адаптацию. В первый отпуск я уходила озадаченной: нужен ли здесь психолог и зачем. Вернувшись, я увидела очередь в свой кабинет и поняла, что нужен. Каждый осужденный терпеливо дожидался своего часа, чтобы рассказать о проблеме.

Скорая помощь

– С какими установками и проблемами осужденных Вы работаете?

– Прежде всего, психолог помогает адаптироваться в новых условиях. Моя главная задача – сохранить человеку жизнь. Поэтому с первых дней осужденному предлагается профессиональная помощь, проводится его психологическая диагностика. Мы работаем над профилактикой аутоагрессивного поведения. Если человека направляют в колонию из следственного изолятора, то адаптация происходит быстрее, так как он уже имел опыт нахождения в изоляции. Если же осужденный попадает сюда впервые, то важно проработать с ним принятие той жизненной ситуации, в которой он оказался.

Есть запрос на обсуждение с психологом личных и семейных взаимоотношений, сопровождение горя утраты, а также на проработку проблем, связанных с зависимостями. ФСИН разработана ведомственная программа в отношении лиц, имеющих алкогольную или наркотическую зависимость. По ней мы работаем с осужденными в группах. Курс рассчитан на полгода. По его завершении желающие могут остаться. К ним присоединяются новички. В работе можно находиться на протяжении всего срока отбывания наказания.

– В чем заключается Ваша работа с сотрудниками колонии?

– В первую очередь мы учимся работать в команде. Проводим тренинги на сплоченность отделов и служб, чтобы все могли слаженно действовать в интересах учреждения. В задачи психолога входит сопровождение личного состава, которое содержит обучающий компонент. Разбираем, как вести себя в конфликтной или критической ситуации, чтобы не потерять устойчивость, и какими навыками нужно обладать, чтобы не поддаться на манипуляции. Новое и очень сложное для меня направление – это работа с членами семей коллег-участников специальной военной операции. Родственники погибших сотрудников обращаются за психотерапевтической помощью. Поначалу было непросто установить доверительные отношения, особенно когда консультации велись по телефону. Сейчас «мостик» проложен. Мы познакомились лично. К этой работе подключились руководство и различные службы учреждения: юристы, психологи, отдел кадров, бухгалтерия. Налажено сотрудничество с государственным фондом «Защитники Отечества». Поступает положительная обратная связь. Значит, работа ведется не зря.

Зачем психологу психолог

– Есть случаи из практики работы, которые глубоко тронули лично Вас как человека или поставили сложную задачу перед Вами как психологом?

– Работа психолога сложна тем, что ты не видишь результат сиюминутно. Здесь и сейчас его нет. Ниточка доверия с клиентом формируется постепенно, превращаясь в прочный канат привязанности спустя годы. Я сама практикую исцеление отношением. Иными словами, мое отношение к человеку является той живой водой, которая лечит душевные раны. Если удается выстроить доверие, то позднее обязательно приходит обратная связь. Например, я получила такую весточку: «Благодаря Богу и Вам в трезвости три года шесть месяцев». Когда человек замотивирован работать с зависимостями, главная задача психолога – научить его навыкам на уровне мозга, чтобы он мог в дальнейшем совладать с собой или при возникновении проблемы обратиться в реабилитационный центр или в сообщество анонимных наркоманов. Я радуюсь каждой истории, когда у человека в дальнейшем все складывается хорошо. И всегда говорю, что я здесь не для «галочки»: побыла в роли психолога и забыла про вас. Если я вам нужна, вы можете в любое время сообщить мне, что происходит в вашей жизни, и для меня это будет важно, но только при условии, что вы находитесь в трезвости.

Есть случаи на грани с собственным бессилием. Например, когда нужно проработать принятие горя с родственниками погибших на СВО. Обычно помогает моя личная терапия. Чтобы быть максимально полезной клиенту и при этом самой оставаться в ресурсе, я обращаюсь к супервизии. Это терапия для терапевта. Описываю ситуацию другому психологу, и он помогает мне взглянуть на нее под разными углами. Был сложный случай. Осужденный – водитель, по вине которого произошла авария. Он потерял дочь. Это случай про вину. Вина реальная, не иррациональная. Как ее «раскручивать»? Как человеку простить себя? Происходит глубокое погружение в травму. 

Мы вместе с клиентом (а осужденный – такой же клиент, как и все, только находящийся в специфических условиях) восстанавливаем ход событий. Ступаем по прошлому осторожно. Пробираемся, как по болоту, выбирая более-менее устойчивые кочки. Стоим на месте, пока человек не будет готов двигаться дальше. Пытаемся договориться: «Давайте вернем хотя бы сон. Постарайтесь спать не два, а три часа в сутки». Каждый маленький шаг – уже прогресс. Ведь человек отказывается от базовых потребностей – еды и сна, задаваясь вопросом, какое право он имеет жить. В подобных случаях лучше перестраховаться и выслушать еще одно профессиональное мнение супервизора, чтобы не навредить.

– Прозвучит странно, но человеку в какой-то мере везет в этот момент оказаться в исправительном учреждении, где он может проработать свою травму с психологом. Окажись он на свободе, вряд ли сам бы обратился за помощью, и ситуация могла закончиться для него трагически.

– Как правило, после случившегося имеет место травма выжившего. Человек неосознанно идет на риск, ищет везде опасность. Его преследует чувство вины перед погибшим: «Да, я жив, но поменялся бы с тобой местами». Пенитенциарный психолог – это как раз про покаяние. Если человек понимает, что совершил, и принимает ответственность за содеянное, то у него есть возможность не только отбыть наказание, но и принести деятельное раскаяние: написать письма потерпевшим, обратиться в церковь, помочь детям из приюта. Кого-то и что-то уже не вернуть, но можно сделать добро другим людям.

За границы не входить

– Как Вы сами справляетесь с психологической нагрузкой? Удается ли провести четкую границу между работой и личной жизнью?

– Да, удается. Я закрываю дверь кабинета и переключаюсь моментально. В свободное время много читаю. Я настолько люблю свою профессию, что постоянно расширяю свои знания, беру что-то новое себе в работу. Это уже не профессия даже, а призвание.

– То есть отпустить полностью работу не получается?

– Ну почему же. Моя отдушина – каратэ. Я занимаюсь им с 13 лет. Пошла на секцию, когда училась в седьмой школе. Нас было 88 девчонок. Тренер Наталья Сергеевна Буланова привила мне любовь к этому виду боевого искусства. Она была для меня примером. Когда мама не отпускала на тренировку в качестве воспитательного момента за плохое поведение или оценки, мы с сестрой начинали громко выть. Тогда она сдавалась, и мы за две минуты добегали до спортивного зала, выдыхали и заходили внутрь. Сейчас я тоже учу детей переключаться, заземляться, чувствовать опору. Мне повезло быть тренером с психологическим уклоном. Мы работаем над дисциплиной и уважением к противнику. Тренируемся вместе. Младшие подтягиваются за старшими поясами. Чтим традиции. Используем терминологию каратэ. Мои воспитанники выигрывают награды, занимают первые места на соревнованиях, но не потому, что я нацеливаю их на победу или даю установку, что проиграть нельзя. «Ты делаешь это для себя, – настраиваю я. – Хочешь победить – больше работай. Тогда двухминутный бой покажется тебе проще, чем любая тренировка».

– Вам самой близка философия каратэ?

– Да. Каратэ – это про уважение. Я уважаю чужие границы и отстаиваю свои. Если чувствую, что их нарушают, тут же останавливаю человека и говорю: «Я тебя уважаю, и ты прояви ко мне уважение». Это работает и с воспитанниками, и с осужденными, и с коллегами, и с близкими. Сначала мне казалось: «Вот она, магия!». Но на самом деле так и происходит простройка личных границ. Если ты несешь это миру, то и мир отдает тебе то же самое, только во сто крат больше.

Биографическая справка

Татьяна Викторовна Клекачева родилась в Оленегорске. В 2001 году окончила Мурманский государственный педагогический институт по специальности «коррекционная педагогика и специальная психология». С 2006 года работает в психологической лаборатории Оленегорской колонии-поселения № 24. В 2014 году аккредитована Московским гештальт институтом в соответствии со стандартами Европейской ассоциации гештальт-психотерапии. В 2022 году признана победителем Всероссийского конкурса «Лучший психолог уголовно-исполнительной системы». С 2023 года в Центре внешкольной работы обучает детей основам каратэ кекусинкай.

Алена Штепенко

Опубликовано: Заполярная руда от 28.04.2025

Собаки – незаменимые помощники человека в самых разнообразных сферах деятельности. Мы знаем, что разыскную собаку очень сложно заменить, но что происходит с ними, когда приходит время «уйти на пенсию»?

21 июня отмечается День кинологической службы уголовно-исполнительной системы Российской Федерации. В честь праздника Большое Радио взяло интервью у начальника кинологического отделения отдела охраны СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области Дмитрия Васильева, чтобы узнать, как живут собаки после службы и может ли гражданский человек взять к себе отслужившего пса.

— Дмитрий, как определить, что собака готова к «пенсии»? Какие возрастные или медицинские критерии существуют?

— В основном собаки у нас выходят на пенсию по возрастным критериям. В УФСИН они служат до восьми лет, а дальше — ежегодное продление, смотрим, может она еще нести службу или уже нет.

Восемь лет — это уже достаточно для того, чтобы собаку списать. Конечно, это всегда грустно, потому что и расставаться тяжело, и все-таки восьмилетняя подготовленная собака — это очень ценный сотрудник, который полностью знает всю службу. Когда с ней работаешь, получаешь удовольствие, она знает и умеет многое.

Конечно, нам с ней комфортно служить. Но возраст уже даёт о себе знать: собаке тяжело 12 часов работать, особенно в мороз или дождь. Суставы болят, она устаёт быстрее. Жалко нагружать её, хотя собаки всегда хотят работать, у них всегда горят глаза, они как большие дети.

— С какими сложностями сталкиваются собаки после завершения службы? Стресс, изменение режима, новые люди?

— Расскажу о своем опыте, потому что я уже пережил такую ситуацию. Когда моя собака стала старенькая, я для службы взял щенка. Сначала был переходный период, когда взрослый идет со мной на службу, а молодой пока остается дома, потому что еще совсем маленький. Потом они вместе дома резвятся, веселятся и, прям до боли такой момент впился в память, когда я уже молодую собаку беру на службу с собой, а старого оставляю дома. Это очень морально тяжело, потому что собака на протяжении всей своей жизни знала, когда я надеваю форму, она идет со мной. А тут получается, что я в форме, но ему говорю: «А ты, напарник, сиди дома». Признаюсь, было до слез тяжело. Собака хочет идти, а ты ей отказываешь. Этот период необходимо пережить и самому, и собаке нужно как-то себя перестроить.

Однако, что люди, что собаки – мы все привыкаем к любому изменению в своей жизни. Прошло две-три недели, и старый привык, что остается дома, и стал валяться, стал радоваться мелочам. Например, когда я брал его с молодой собакой на след.

В общем, самый сложный момент — принять решение о завершении собачьей служебной карьеры. Но это необходимый шаг. Лучше уволить со службы, пока пёс ещё не так стар и достаточно здоров. Он будет радовать вас уже дома, да и гражданские люди, которым мы отдаём наших пенсионеров, могут насладиться обученной и ещё здоровой собакой. Поэтому все нужно делать вовремя.

— Меняется ли характер собаки после «увольнения»? Например, становятся ли они более расслабленными или, наоборот, тревожными?

— Конечно, меняется, потому что это резкое изменение образа жизни собаки. Наша служба не суперактивная, но специфическая. А когда собака привыкает работать в специфических условиях, и мы вдруг неожиданно их меняем, то она испытывает стресс. Конечно, от породы к породе, от собаки к собаке, всё по-разному, потому что у всех свой характер и они по-разному реагируют на новые обстоятельства, но тем не менее это стресс.

Если говорить про мою собаку, то он превратился в диванного хомячка, который рад маленьким всплескам активности. Когда он служил, он был полностью активен. Когда он вышел на пенсию, то понял, что такой активности больше не будет, да он уже и не мог быть долго активным. Было важно угадать, когда хорошо и собаке, и человеку. У меня получилось подловить тот момент, когда он уже был готов выйти на пенсию, и он вышел, его физические возможности снизились, но и физическая нагрузка пусть и понизилась, но осталась. И как на службе он был доволен, так и на пенсии он также остался довольным кобелем, и в общем-то все получилось неплохо.

— Поддерживают ли бывшие служебные собаки контакт со своими коллегами-людьми после выхода на пенсию?

— Всё зависит от хозяев.В целом, у нас 90 процентов, а может быть даже больше, собак остаются со своими кинологами и после выхода на пенсию. Человек забирает питомца домой, и служебная собака становится домашней. Мы же ищем нового четвероногого сотрудника.

Конечно, бывает, когда собака остается у нас в питомнике, но тут уже другая история.В целом, это хорошая традиция – забрать своего боевого товарища домой. Очень редко, когда приходится думать, куда деть собаку.

— Куда обычно попадают собаки после завершения службы? Могут ли их брать обычные семьи?

— Как я уже упоминал, большинство служебных собак становятся домашними питомцами кинологов.

Иногда собака остаётся у нас. Например, если кинолог увольняется и не может её содержать, мы стараемся найти ей новых хозяев из гражданской сферы, скажем так. Сначала пытаемся найти среди знакомых. Последняя собака именно так у нас была пристроена. Наша сотрудница посоветовала своей подруге собаку, рассказала про нее, и женщина её забрала.

Сейчас я старший в своём кинологическом подразделении. Я слежу за всеми собаками, которых мы списали и передали. Люди, которым мы их отдали, обращаются ко мне за советами. Иногда я прошу прислать фото или видео, чтобы убедиться, что с питомцем всё в порядке. Мы также можем вспомнить, как собака служила.Кинологическое отделение — это не только люди, но и собаки. Мы помним каждого питомца и с теплотой вспоминаем старые времена. Все наши собаки — наши товарищи. Мы благодарны им за службу и стараемся найти для них хорошие руки, чтобы на пенсии им было хорошо.

— Гражданские люди как-то могут помочь собакам-ветеранам?

— Как таковую помощь мы не принимаем, поэтому если человек хочет помочь собаке-ветерану, это можно сделать только, подарив ей дом. Эти собаки социализированы, знают команды и отлично подходят для жизни в семье. К тому же современные методики тренировок учат их быть социально адекватными, и нам не страшно передать таких собак в гражданские руки.

Если кто-то заинтересуется собакой-ветераном, могут обратиться к нам. Например, если у нас есть человек, который служит с собакой и не может её оставить, мы подготовим эту собаку для другой семьи. Сотруднику выдадим более молодую собаку, а эту передадим в добрые руки. Всё решаемо, надо к нам обратиться, и мы что-нибудь придумаем.

— Чему на ваш взгляд люди могут поучиться усобак?

— У них всегда горят глаза. Это не только про ветеранов. В целом, они живут и радуются всю жизнь. Они любят своих хозяев, они им верны, и они всегда любят работать, никогда не унывают.

Не секрет, что некоторые люди иногда впадают в уныние, потому что у них там что-то не задалось. Собаки радуются моменту. Вот есть момент радости, они радуются. И людям следовало бы жить так, получать радость от мелочей. Иногда вокруг нас происходит масса интереснейших событий, но люди просто их не замечают и живут внутри своей скорлупы.

У собак нет скорлупы, они как маленькие дети радуются тому, что просто существуют и наслаждаются жизнью. Этому людям стоило бы поучиться у собак.

— Что вы чувствуете, когда видите, как ваш подопечный завершает службу?

— Ничего радостного, конечно, в этом нет, но у меня это уже не первая собака. Большие переживания испытывают кинологи, которые воспитывают и служат со своей первой собакой, и в их понимании это единственная собака в мире, другой для них не существует. И когда ей пора на пенсию, очень тяжело найти какие-то подходящие слова для этого человека, чтобы объяснить, что ему нужен новый четвероногий напарник.

Для многих кинологов это сложный психологический момент. Когда собаку надо снять со службы и взять новую, то порой испытываешь ощущения, как будто твой лучший друг уезжает навсегда на другой континент. Это тяжелые моменты нашей службы, которые не всегда понятны другим людям.

Кинологи– это такая одна большая семья, и мы немножечко другие люди, скажем так, потому что с нами всегда есть близкое животное, и мы переживаем с ними всё: и щенячество, и взрослую жизнь, и когда надо отпустить собаку на пенсию. У собаки жизнь довольно короткая, поэтому в любом случае нам приходится переживать и расставание с ними. Поэтому кинология – это особая профессия. Здесь остаются только самые увлечённые и добрые люди. Если рядом с вами есть кинолог, знайте: это надежный человек, которому можно доверять.

Любовь Веселова

Служить закону, служить зрителю, быть мамой — ей все под силу

Настоящий сорванец

— Ну почему ты родилась девочкой? — то и дело сокрушалась мама. — Носишься с мальчишками по каким-то пещерам, гоняешь в походы, крыс не боишься, вся твоя одежда — джинсы и кроссовки, никаких бантиков, юбочек, бусиков. Что из тебя получится?

Да, в детстве Юля Хараничева была той еще пацанкой. Носилась с друзьями-мальчишками повсюду, неутомимая, как батарейка-энерджайзер. Что не мешало ей отлично учиться в школе и без проблем поступить в Мурманский педагогический колледж. Однако, окончив его, в школу работать не пошла. После первой же практики в гимназии выяснилось, что девушка совершенно не умеет быть строгой и требовательной.

— Мама, я никогда в жизни никому не смогу поставить пару или влепить кол, — объяснила она дома. — Понимаешь, я всех своих учеников люблю. Мне все интересны. Ну делают ошибки, бывает. Что их теперь — двойками по рукам бить?

После колледжа Юля пошла работать в инспекцию по делам несовершеннолетних. Но там задержаться не получилось. После поездок с сослуживцами по семьям с неблагополучными мальчишками и девчонками, озлобленными, как волчата, голодными, колючими, недоверчивыми, Юля поняла, что силы характера, чтобы их воспитывать, определять в спецшколы и закрытые училища, у нее не хватит. Ей всех этих обездоленных ребятишек было просто жалко. Да и командовать, решать махом чью-то судьбу она не любила. Эмпатии и желания помочь было предостаточно, а вот строгости, требовательности и решительности явно не хватало.

В УФСИН она попала, можно сказать, случайно. Родители от этой сферы были очень далеки. Папа — электромеханик, 40 лет отходил в море, мама трудилась в конструкторском бюро рыбного порта. Как-то в гости пришел давний знакомый семьи, который служил в службе исполнения наказаний, и сказал: «Знаешь, девочка, тюрьмы будут всегда, потому что преступники никуда не денутся. Наша профессия нужна точно так же, как врачи, учителя, повара. Попробуй. Может, получится».

Она пришла. Получилось. И служит вот уже 22 года.

Будни и праздники

В управлении ФСИН России по Мурманской области майора внутренней службы Юлию Хараничеву уже 22 года знают как превосходного специалиста в сфере жилищно-коммунального обеспечения. Люди уважают и ценят за деловые качества, ведь в ее обязанности входит решение всех социальных вопросов сотрудников, без нее — никуда.

За годы службы Юлии приходилось выполнять разные задачи: от списания автомобильных шин до обеспечения социальных гарантий сотрудников и пенсионеров, в частности — жильем.

Последнее направление она успешно ведет с 2008 года. Радуется, когда человек становится счастливым обладателем квартиры или выплаты на ее приобретение, и печалится, если что-то не складывается.

Конечно, это не самая легкая обязанность. Бывают ситуации, когда от людей слышишь совсем не благодарности, а упреки и обидные слова. Ведь, как бы нам этого ни хотелось, жилья пока не на всех хватает. Однако сама Юлия относит себя к сотрудникам старой закалки, которые понимают, что такое делать общее дело, и готовы служить за идею. И еще она умеет решать несколько задач одновременно, коллеги уважают ее за настойчивость и отзывчивость.

Но не службой единой полна жизнь нашей героини. Судьба разными тропинками вела Юлю к сцене. Она с детства хорошо пела, тем более что это было общим семейным увлечением, ее старшей сестре даже удалось стать участницей конкурса «Юрмала-89».

Первые творческие шаги Юли — в составе школьного пионерского хора. В студенчестве она уже сама организовывала концертные мероприятия. А поступив на службу в УФСИН, по просьбе женсовета стала пробовать себя в качестве сценариста и солиста праздничных концертов.

Главным учителем по вокалу стала педагог Дворца культуры «Судоремонтник» в Рослякове — талантливая и деятельная Наталья Чумачкова. А триумфом Юлии и всего творческого коллектива эстрадного вокала — мюзикл «Волшебная история», в котором она сыграла одну из ведущих ролей — Эсмеральду. Два аншлага, около сотни артистов, задействованных в постановке, восторженная реакция зрительного зала. Это был ошеломительный успех, который, по признанию Юлии, она не забудет никогда.

— Сценарий этого мюзикла мы писали сами, — вспоминает она спектакль. — За основу взяли сюжеты диснеевских мультфильмов, но существенно их перекроили. У нас главный герой искал свою потерявшуюся любимую среди множества красавиц. В сказочном замке перед ним проходили Рапунцель, Эсмеральда, Джульетта, Мулан, принцесса Белль. Мы сами писали стихи для песен, сами подбирали музыку, шили костюмы, строили мизансцены. Более того, даже сами организовали рекламу: рисовали и распространяли анонсы, вешали, где могли, объявления. И в день премьеры во Дворце культуры даже яблоку негде было упасть. Зрители съехались со всех концов Мурманска. Это было так здорово!

Дебют на сцене

После мюзикла в жизни Юлии Хараничевой появился театр. Пришла она туда, чтобы овладеть актерским мастерством, преодолеть волнение во время выступлений. Так и познакомилась с театральным объединением «Игра», где занимались и взрослые, и дети. Его руководитель, режиссер ДК «Судоремонтник» Алена Михалап, стала настоящим мотиватором и вдохновителем. Она открыла участникам коллектива, что такое яркая творческая жизнь, с кипением идей, артистическими удачами и аплодисментами зрителей.

Не случайно осенью 2024 года старшая группа, в которую входит и Юлия Хараничева, стала победителем международного конкурса «Жар-птица России», удивив зрителей проникновенной постановкой «Очень жизнеутверждающие истории».

Этот спектакль стал дебютом для Юлии. Она сыграла одну из главных ролей. В пьесе, на которую так рвутся зрители, задействованы всего четыре актера. Они показывают восемь простых историй, вызывая улыбку и трогая за душу. Это психологические фрагменты про любовь, про жизнь, про то, как стать счастливым и как легко погрузить себя в состояние несчастья.

Там говорится о вечных ценностях. О том, как важно оставаться человеком в любых ситуациях, и о том, что зорко лишь сердце, самого главного глазами не увидишь.

Формат пьесы не совсем привычный: зрители являются участниками прямого общения, находясь вместе с актерами на сцене.

Вот только один из отзывов: «Большое человеческое спасибо за такой воодушевляющий спектакль: без надрыва, без пафоса, а душевно, по-житейски и максимально близко мне. Благодарность руководству за необычный эксперимент: сделать зрителей ближе к актерам. Большое спасибо Юлечке Хараничевой и еще трем великолепным актрисам за разговоры о важном и близком, о том, о чем забывать нельзя».

В разговоре с журналистом Юлия призналась, что считает себя очень счастливым человеком. Театр сделал ее жизнь яркой и дал неповторимую радость творчества. Единственное, чего ей не хватает, — количества часов в сутках и дней в неделе.

А еще у талантливой мурманчанки есть мечта — выпустить сборник своих стихов. И похоже, что она исполнится, ведь недавно наша героиня стала участницей конкурса на соискание литературной премии имени Сергея Есенина «Русь моя».

Взыскательная комиссия отобрала работу северянки в числе будущих авторов альманаха «Русь моя». Результаты подведут 3 октября, в день рождения поэта. Будем ждать!

Вдохновение — это полет, эмоции, смех и слезы на сцене и в зале, цветы от благодарных зрителей. Служба — совсем другое, прежде всего дисциплина и ответственность. Как все это удается совмещать, для меня, автора, загадка.

Но есть и еще один ребус. Как современная женщина, у которой вечный цейтнот, умудряется сочетать работу и театр? Кажется, с работы можно прибежать домой и немедленно впрячься во вторую смену — стирка, уборка, готовка, проверка уроков у детей.

А вот Юлия Хараничева практически каждый день едет после работы в отдаленный район Росляково, в свой любимый ДК «Судоремонтник». Не каждая из нас на такое способна.

А ведь Юлия еще и мама. Заботливая, нежная, понимающая. Дочка Настя, можно сказать, выросла за кулисами, она первый зритель и ценитель маминого творчества. Правда, для себя театр судьбой не выбрала. Ее больше интересует рисование, написание стихов и занятия вокалом.

Нина Антонян

Опубликовано: Мурманский вестник от 06.03.2025

Шанс на возвращение в жизнь должен иметь любой оступившийся

Неслабый морозец, мягкий снежок, который кружится и не тает,  нарядно украшенные елки и гирлянды на улицах Мурманска. Праздник прошел, но новогоднее настроение нас еще не покинуло. И наш разговор с начальником УФСИН России по Мурманской области полковником внутренней службы Сергеем Бондарем начался с «зимней» темы.

Лучший воспитатель — труд

— Сергей Николаевич, вы — мастер спорта по лыжным гонкам. Удается выкраивать время для спортивных прогулок?

— Хорошую спортивную форму обязательно поддерживаю, хоть и тренируюсь только в выходные дни. Сотрудник уголовно-исполнительной системы должен быть сильным, выносливым, целеустремленным. В прошедшем году принял участие в юбилейном, 50-м лыжном марафоне в рамках Праздника Севера, успешно преодолел дистанцию 25 километров. Лыжными гонками я занимаюсь с детства. Кстати, и Мурманскую область узнал еще в те годы, когда мы приезжали сюда на тренировочные сборы. Так что и сейчас стараюсь найти время, чтобы покататься с семьей в Долине Уюта.

— Два года назад вы приступили к работе в должности начальника регионального УФСИН. Что было первоочередным в деятельности на новом месте?

— Как и любому руководителю, мне необходимо было в первую очередь познакомиться с коллективом. Также надо было узнать оперативно-служебную обстановку, объехать все учреждения, понять состояние хозяйственной деятельности во вверенных мне подразделениях. А также понять, каковы условия службы, чем люди живут, что их волнует, какие у них проблемы.

— В начале вашей службы в Мурманской области мы с вами обсуждали тему трудоустройства осужденных. Тогда были сложности именно в обеспечении их трудом в колониях, не хватало заказов. Как сегодня обстоят дела в этом направлении? Есть какой-то прогресс?

— На сегодня, если брать показатели за 2024 год, привлечено к работе на производстве порядка 96 процентов осужденных, подлежащих трудоустройству. Напомню: еще два года назад этот показатель составлял всего 55 процентов. Увеличился и размер среднемесячной заработной платы трудоустроенных осужденных, ее рост составил 54 процента. Наш производственный сектор имеет пять действующих центров трудовой адаптации осужденных. В четырех из них ведется производственно-хозяйственная деятельность. Мы сейчас нацелены на активное развитие швейного производства, так как это позволяет привлекать к труду максимальное количество осужденных. Свое место в объеме выпуска занимает и металлообработка. Производственные базы учреждений постоянно расширяются, активно закупается современное оборудование. И заметно, что людям нравится его осваивать, повышать квалификацию.

Лучшим показателем нашей работы, думаю, служит тот факт, что рекламаций на нашу продукцию практически не бывает.

— Чем удалось мотивировать людей к работе? Хорошим заработком?

— И этим тоже. И время за работой бежит быстрее. Хотя нелишне уточнить, что важен и другой фактор. Не секрет, что каждый осужденный имеет исковые обязательства по факту совершенного преступления, определенные судом, и одна из мотиваций — погасить их, выйти на свободу с чистой совестью.

Не только заработная плата, но и поощрения иной формы имеют значение. От почетной грамоты за высокие производственные показатели до объявления благодарности перед строем.

Еще один немаловажный фактор: осужденные имеют право на отпуск за отработанный период. А положительно характеризующиеся ударники труда, не нарушающие режим, даже официально могут поехать домой навестить близких. Такие случаи есть. Представляете себе: человек получает возможность, к примеру, неделю провести с семьей в родном доме?

— А если осужденному там так понравится, что он просто не захочет вернуться обратно?

— В этом случае человек подведет себя, тот коллектив, где отбывает наказание, да и семью, родителей. Он очень осложнит жизнь себе и многим. На моей памяти таких случаев не было. Да и не каждый может получить такое поощрение, требования очень серьезные.

Кадры растим себе сами

— Как у вас обстоит дело с кадровым составом? По всей стране ощущается нехватка сотрудников. Как вы решаете этот вопрос?

— Некомплект пока есть, к сожалению, но мы не сидим сложа руки. Проводим профориентационные встречи с молодым поколением, участвуем в ярмарках вакансий, агитируем везде, где можно, даже мотивируем приезжать из других регионов. Не могу не порадоваться: к нам в 2024 году пришли 15 выпускников ведомственных вузов из различных регионов России.

— А что их привлекает на Крайний Север?

— Девушки едут, как правило, за мужьями-военными, которые служат на Северном флоте в основном. А ребят привлекают перспективы: здесь можно успешно построить карьеру, денежное довольствие выше, все-таки есть «полярки».

А еще привлекает суровая, но уникальная красота местной природы и люди Севера. Не хочу никого обидеть, но, по моему мнению, на Севере служат особые люди. Сильные духом, стойкие, и в то же время душевные. Северяне отличаются особой теплотой, человечностью, порядочностью — это уже общеизвестно.

Не случайно к нам нередко переводятся на службу люди из других регионов. И прикипают к Заполярью. Прибывают даже семьями. Буквально перед Новым годом к нам обратилась семья из Вологодской области. Муж с женой, оба офицеры. Рассматриваем возможность их трудоустройства в одном из наших подразделений. Трудно поверить, но к нам приезжают порой люди из Краснодарского края. С Черного моря едут служить на Баренцево. И это уже никого не удивляет.

— Однако, насколько мне известно, вы не просто ждете, когда к вам приедут на службу люди, но и воспитываете для себя смену. УФСИН постоянно организовывает различные мероприятия для молодежи: «Зарницы», спортивные праздники, а также проводит профилактические и профориентационные занятия со школьниками. А уж к вашим кинологам даже очередь стоит, чтобы сходить в гости и пообщаться с их хвостатыми подопечными. По-моему, ни одна другая силовая структура не уделяет столько внимания этим вопросам, как вы.

— А еще, напомню, наш отдел специального назначения проводит спортивно-патриотические мероприятия с подростками города и области, сотрудники учреждений приезжают в социальные приюты. Также огромную работу мы проводим с учащимися наших кадетских классов, открытых в мурманской школе № 5 в 2021 году.

И это не только забота о подрастающей смене или часть воспитательной работы с нашими сотрудниками. Это внутренняя душевная потребность. Я уверен, и коллеги мое мнение разделяют, что молодежь должна не по фильмам и сериалам, порой низкопробным, судить, какие люди трудятся в нашей системе, чем они живут и в чем суть их деятельности. Молодые люди должны сами видеть, почему наша служба так насущно необходима обществу. Мы заинтересованы в том, чтобы молодые сотрудники приходили в нашу систему осознанно, хорошо понимая, насколько важна и ответственна та работа, которую им предстоит выполнять. Ведь она касается перевоспитания оступившихся людей, перезагрузки их дальнейшей судьбы. Человека, преступившего закон, надо даже не перевоспитать, но перековать.

Помочь человеку встать на ноги

— Сейчас широко обсуждается тема пробации. То есть помощи людям, освобождающимся из мест лишения свободы. С 1 января начался ее второй этап — так называемая постпенитенциарная пробация. Мурманск готов к ней, как считаете?

— Этот вид поддержки крайне важен. Он направлен на ресоциализацию, социальную адаптацию и социальную реабилитацию лиц, освободившихся из учреждений, исполняющих наказания в виде принудительных работ или лишения свободы, а также тех, кто оказался в трудной жизненной ситуации.

Наши сотрудники провели колоссальную подготовительную работу, так что я могу с уверенностью сейчас подтвердить: да, мы готовы. В течение 2024 года УФСИН заключено 63 соглашения с различными субъектами пробации, в том числе и с министерством труда и социального развития Мурманской области, об оказании помощи региональными центрами социальной поддержки лицам, в отношении которых применяется пробация. Предусмотрено более 40 мер поддержки тем, кто находится в трудной жизненной ситуации.

Обучение по пробации прошли 42 сотрудника уголовно-исполнительной инспекции УФСИН, проведены специальные методические занятия. Мы находимся в постоянном взаимодействии с государственными учреждениями социального обслуживания населения, социально ориентированными некоммерческими организациями. Для общества очень важно, как адаптируются к реальной жизни те, кто освобождается из мест лишения свободы. Это ведь вопрос безопасности и благополучия обычных граждан.

На сегодня к нам с заявлением о применении к ним постпенитенциарной пробации обратились 137 человек, и это немало. Из них от отбывания наказания уже освобождены 45 человек, и всем им будет оказана та помощь, в которой они нуждаются.

— Какие виды помощи наиболее востребованы среди тех, кто к вам обратился?

— 106 человек уже пришли к нам, чтобы получить содействие в трудоустройстве. 36 лиц обратились за помощью в предоставлении временного места проживания. 26 пришли за юридической консультацией по социально-правовым вопросам. Хочу подчеркнуть, что за каждым таким обращением стоит реальный живой человек, который решил вернуться после отбытия срока в нормальную полноценную жизнь, устроиться на работу, создать семью, воспитывать детей. Я уверен, что любой человек должен иметь шанс исправить все негативное, случившееся в его жизни. И вернуть себе доброе имя.

Мечты сбываются

Накануне Нового года Сергею Бондарю довелось поработать… Дедом Морозом. Руководитель регионального УФСИН исполнил желание юной мурманчанки в рамках Всероссийской благотворительной акции «Елка желаний».

Десятилетняя Алена мечтала получить в подарок на Новый год караоке-систему. Девочка очень любит петь, осваивает гитару и мечтает о карьере певицы в будущем.

Сергей Николаевич пригласил Аленку с мамой на встречу в региональное управление, лично поздравил их с наступающими праздниками и вручил долгожданный подарок от Деда Мороза. Встреча прошла очень трогательно и душевно, в полном соответствии с новогодним ожиданием чудес.

Подобная благотворительность — не первый эпизод в жизни сотрудников ведомства. Они постоянно приезжают с подарками в подшефные детские организации. Но настоящее чудо происходит с их помощью не в праздники, а в самые что ни на есть будни. И занимаются они этой деятельностью изо дня в день долгие годы. Ведь вернуть в общество вчерашнего преступника, которому смогли помочь стать добропорядочным человеком, обрести семью, работу и веру в жизнь, — разве это не чудо? Только Деду Морозу оно не под силу. А вот сотрудникам регионального УФСИН — вполне по плечу.

Нина Антонян

Опубликовано: Мурманский вестник от 15.01.2025

Этому девизу ветеран УИС Станислав Жадан верен всю жизнь

Старший сын

Иногда кажется, что стоит позавидовать тем, кто родился и часть жизни прожил во времена СССР. Даже из собственного опыта скажу: в те годы то, что сейчас для нас заграница, было частью нашей огромной страны. Меня, молодую журналистку, запросто посылали из газеты в командировки в союзные республики. Например, в Латвию, где северные ребятишки лет 40 назад отдыхали и работали в летнем трудовом лагере на Балтийском море. Или в белорусский городок Жодино, где выпускали для нашего региона 136-тонные карьерные самосвалы марки «БелАЗ». И было, как в песне: «Поедешь на север, поедешь на юг — везде тебя встретит товарищ и друг».

Так вышло, что у нас с героем этой статьи — ветераном уголовно-исполнительной системы Станиславом Жаданом была общая по времени молодость. Родился Станислав Иванович в Подмосковье. Старший сын в семье, где было пятеро детей, он привык к ответственности с раннего детства. Тем более его отец — Иван Григорьевич, бывший во время войны малолетним узником гитлеровского концлагеря Освенцим, был тружеником, каких поискать. От него маленький Стас часто слышал: «Паши честно, и тебя запомнят».

Многодетная семья жила трудно. И в 1962 году отцу написал его лучший друг, который к тому времени обосновался в маленьком городке Чирчик под Ташкентом: «Приезжай с семьей. Здесь хорошо — тепло и сытно». Не зря тогда ходила поговорка: «Ташкент — город хлебный». Так и оказались в Узбекистане.

— Среднюю школу я окончил в Чирчике, — рассказал Станислав Иванович. — А на работу пошел еще до призыва в армию волочильщиком на уникальный в Союзе Узбекский комбинат тугоплавких и жаропрочных металлов. Срочную службу проходил в танковых войсках группы советских войск в Германии.

После демобилизации вернулся домой в Узбекистан. Работать устроился автоэлектриком в Чирчикский таксомоторный парк. И, возможно, со своей привычкой к труду и повышенной ответственностью проработал бы там всю жизнь, но вмешался случай. Его, молодого коммуниста, пригласили в горком комсомола и предложили «направиться на укрепление ОВД МВД Узбекской ССР».

Город в пустыне прокалил и закалил

Так и началась в 1973 году его служба в уголовно-исполнительной системе. Станислав Жадан стал контролером ташкентской воспитательно-трудовой колонии. Премудрости новой профессии надо было постигать в теории, и очень скоро его направили на учебу в Барнаульскую специальную школу подготовки начсостава для ОВД МВД СССР. После окончания учебы, уже лейтенантом внутренней службы он отправился начальником отряда в воспитательно-трудовую колонию строгого режима города Заравшан.

И эта часть его биографии тоже работала на то, чтобы выковать особый характер. Самый юг Узбекистана, пекло, летом +50 и кипяток из-под крана вместо холодной воды, зимой — пронизывающий ветер — «афганец» и пустыня вокруг. Колония строила тогда город золотодобытчиков.

— У нас постоянно было 1800-2000 осужденных, иногда доходило до 2500, — вспоминает Станислав Иванович. — С одной стороны, это были воры, убийцы, бандиты. С другой — большинство из них работали в колонии на совесть. Ведь заработать за большой срок можно было даже на машину. А работать с ними, конечно, было очень непросто.

Как-то раз случилось ЧП, которое, как ни странно, стало для Жадана ступенькой в его карьере. Он смог предотвратить побег осужденного путем подмены. В те годы сидельцев под конвоем отводили на стройку, а затем вечером они возвращались также под конвоем в колонию. А сама стройка не охранялась. И вот родной брат одного из осужденных зашел на территорию, поменялся с ним одеждой и отдал ему свой паспорт. Казалось бы, вот и шанс для бандита очутиться на свободе. Он спокойно мог уйти в цивильной одежде с паспортом брата и затеряться среди населения, а то и вообще покинуть пределы района, а может, и города. В то время, как его брат и не собирался отбывать вместо него срок в колонии. Как человека, не осужденного к заключению под стражу, его просто не имели права задержать.

Тогда Станислав Жадан смог не только среди множества рабочих обнаружить подмену, но и выдворить лже-заключенного за пределы стройки. И тем самым предотвратил опасную аферу.

В качестве поощрения ему предложили учебу в Высшем политическом военном училище имени 50-летия ВЛКСМ Ленинграда. Там-то он и познакомился с человеком, ставшим для него лучшим другом — Юрием Степановичем Денегой. После окончания хотели служить дальше вместе, но судьба распорядилась по-другому: друг поехал на Крайний Север, на Кольский полуостров, а Станислава как специалиста по Средней Азии вновь направили на юг.

И опять криминальное пекло

Узбекистан держал его долго. Сначала пришлось служить заместителем начальника в воспитательно-трудовой колонии усиленного режима поселка Зенги-Ата Ташкентской области. Это учреждение было для несовершеннолетних, которые не просто преступили закон, но и отличались особой жестокостью и цинизмом. Их там содержалось 700 человек. Работа с ними была не просто тяжелой, она была адовой. Юные беспредельщики могли дать фору взрослым насильникам и убийцам. По степени дерзости они намного превосходили самых матерых преступников. Но и  таких Станиславу Жадану удавалось образумить.

Потом была учеба в Академии МВД СССР, которую он окончил с присвоением досрочно звания «майор внутренней службы» в 1986 году. Лучший друг Юрий Денега все еще звал его в Заполярье. И на распределении Станислав Иванович так и сказал высокой мандатной комиссии:

— Хочу служить на Крайнем Севере!

Тогда генерал-полковник, возглавлявщий комиссию, аж ахнул:

— Да вы посмотрите, куда он просится — в Мурманск! Не в Москву, не в Ленинград, а на самый край земли. Молодец!

Его похвалили, но… Как специалиста по южной специфике и отличника учебы вновь отправили в Среднюю Азию, где тогда расследовали знаменитое узбекское хлопковое дело. В Узбекистане в эти дни сложилась самая тяжелая обстановка.

Он спорить не стал. Собрался с семьей и поехал в самое, можно сказать, криминальное пекло. И с честью справился с возложенной на него задачей.

А переехать с жаркого юга на Крайний Север Станиславу Ивановичу удалось лишь в 1994 году. Как только рухнул Советский Союз, вчерашние товарищи, с которыми еще недавно пил чай за дастарханом, и они заверяли тебя в вечной дружбе, поставили барьер: Узбекистан — для узбеков! И стали выдавливать «инородцев» из страны, где русские жили и трудились долгие десятилетия.

Ему тогда позвонил его бывший ученик, который занял в системе МВД высокую должность и честно предупредил:

— Стас-акя («ака» — старший брат, звучит как «акя». - Авт.), — нас министр вызвал и дал три года, чтобы русских на руководящих должностях не было. Прости. Я, конечно, поддержу тебя, сколько смогу. Но… сам понимаешь.

Работать из милости? Это было совсем не в характере Жадана. И он написал рапорт на увольнение.

В те годы многие русские бросали нажитое, оставляли имущество, лишь бы быстрее уехать в Россию. Дома продавали за бесценок, а некоторые и даром отдавали, только бы увезти детей и родных в безопасное место.

Прикипел

Тогда Станислав Жадан списался с давним другом, и тот в очередной раз позвал его в Заполярье. В те годы Юрий Денега служил заместителем начальника колонии строгого режима в поселке Мурмаши. Резко поменять жизнь, климат, город и страну Станислав Иванович решил в одночасье. И семья его была не против. Практически сразу после приезда ему предложили должность заместителя начальника следственного изолятора № 2 города Апатиты.

Прошу моего собеседника вспомнить самое трудное, что было в его службе. Не было ли такого, что хотелось все бросить и уйти?

— Нет, — четко отвечает Станислав Иванович. — Я ведь мог бы сразу уйти, еще когда начинал работать гражданским человеком в должности контролера. Но… Во-первых, я не мог подвести людей, которые за меня поручились и направили на работу. А потом как-то втянулся в этот процесс. Когда к 6 утра идешь на подъем, например, на строгом режиме в Заравшане, вместе с осужденными делаешь зарядку на плацу, вместе с ними проживаешь эту нелегкую жизнь в колонии. И хочешь не хочешь, но близко к сердцу принимаешь их поломанные судьбы, их проблемы, надежды на то, что все удастся исправить и начать новую жизнь… В общем — прикипел.

В 1997 году Станислав Жадан стал начальником СИЗО-2. На этой должности ему много чего пришлось испытать, но, наверное, особо следует выделить его командировку в Чечню, случившуюся в декабре 2002 года. В те времена  обстановка там была весьма сложной. Из Москвы пришла разнарядка по замещению ответственной должности руководителя временной администрации следственного изолятора Чернокозово и одновременно заместителя руководителя оперативной группы уголовно-исполнительной системы МЮ РФ на Северном Кавказе.

Он тогда собрал своих заместителей и спросил, кто может отправиться в эту командировку. На полгода.

Они долго молчали. Потом кто-то прямо сказал:

— Станислав Иванович, там же убивают.

И тогда он доложил наверх:

— Никого искать не буду. Записывайте меня.

Отправился. И все возложенные на него задачи достойно выполнил. Было ли опасно? Было. Да и как иначе, если бандиты кругом, заминированные участки, по которым приходится передвигаться на БМП, обстановка военных действий? Но он справился. Как обычно.

— В атаку не ходил, занимался оперативной работой на вверенном мне участке, — скупо говорит он. Без подробностей.

— А как вас семья отпустила? — не могу удержаться от вопроса.

— Супруга у меня умница, — ответил Станислав Иванович. — Всегда понимала: надо — значит, надо. Настоящая жена офицера.

Людмила Михайловна с ним рядом с тех самых лет, когда совсем юный Стас Жадан работал слесарем на заводе в Чирчике. Всю жизнь плечо к плечу. Хотя быть супругой такого человека совсем непросто. Сколько надо иметь выдержки, терпения, понимания и женской мудрости, чтобы разделить с мужем столь необычную и порой героическую судьбу! И остаться рядом навсегда.

В 2010 году Станислав Иванович ушел на заслуженный отдых. Уголовно-исполнительной системе Кольского полуострова он отдал 17 лет службы. А всего в УИС прослужил без малого 40 лет. Такие люди — гордость системы. И хотя сейчас у него обычная жизнь пенсионера: грибы, рыбалка, охота — прошлое с его многочисленными событиями и резкими поворотами в судьбе не забывается. Да и самого Станислава Жадана не забывают бывшие коллеги и нынешние сотрудники: приглашают на различные мероприятия, встречи с молодыми кадрами, интересуются мнением и прислушиваются к советам ветерана. И как бы ни было сложно, Станислав Иванович жил и живет по принципу: делай, что должно, и будь, что будет.

Антонян Нина

Опубликовано: Мурманский вестник от 19.03.2024

В социальном центре-SOS подвели итоги важного проекта

«Траектория SOS-поддержки» — так назывался проект, поддержанный Фондом президентских грантов, итоги которого обсудили на рабочей встрече накануне Нового года его организаторы, партнеры и участники. Проект был направлен на профилактику социальных сиротства, дезадаптации и правонарушений. Его участниками стали семьи, воспитывающие несовершеннолетних, находящихся в конфликте с законом, и семьи, где родители находятся в местах лишения свободы или имеют иные наказания.

Перезагрузка родителей

В ходе проекта была проделана огромная работа. Взять хотя бы программу, которая предусматривала повышение родительских компетенций, «Я родитель. Перезагрузка». С октября 2022 года по март 2023-го в село Ловозеро приезжали специалисты (их в проекте называют тренерами) — Елена Беркута и Светлана Томилова, чтобы научить местных родителей, у которых не самые благополучные дети-подростки, воспитывать отпрысков без ремня, подзатыльника, грубого окрика и запретов на развлечения.

Чего скрывать, начиналось непросто. На первое занятие мамы и папы шли с осторожностью, с опаской, что вот сейчас тренеры из столицы Заполярья начнут их стыдить и выговаривать за родительские промахи. А кое-кто и вообще собирался «откосить» от посещений тренингов: дескать, неотложные домашние дела не пускают. Но вот занятия позади, и одна из мам — Татьяна Чупрова — честно призналась:

— Я вообще собиралась завалить экзамен (после цикла занятий была предусмотрена проверка полученных знаний. - Авт.) и других на это подговаривала. Очень не хотелось расставаться с нашими тренерами и отпускать их в Мурманск. К концу нашего общения я поняла, что 10 тренингов — это мало. Сначала мы не хотели идти на занятия, а потом бегом бежали. Все дела откладывали, чтобы с тренерами пообщаться.

В ходе рабочей встречи, которая прошла в конце декабря в «Социальном центре-SOS, Мурманск», прозвучали видеоотзывы от участников этой программы. Многие из них признавались, что поняли: прежде чем воспитывать детей, надо обязательно получить необходимое воспитание самому.

— Часы занятий пролетали, как минуты, — высказал общее мнение один из отцов. — Мы разбирали ошибки в нашем обращении с детьми, чтобы больше их не повторять. И результаты теперь видны — мы в семье больше стали общаться, меньше ругаться. Что я понял четко: сначала надо себя воспитывать, а уж дети от этого только выиграют.

— В результате тренингов я осознала, что неправильно себя вела со своими ребятами, — посетовала одна из мам. — По принципу: ну я же взрослая, я же больше ребенка знаю. А выяснилось, что мне совершенно неведомы основы психологии детей и особенно, когда они переходят в бунтарский подростковый возраст. Про себя скажу: я стала внимательнее слушать свою дочку и больше понимать ее.

В ходе реализации проекта состоялся также цикл интерактивных занятий по повышению уровня компетенций в вопросах использования современных цифровых технологий. Родители и специалисты участвовали в семинарах по выработке стратегий профилактики зависимости детей от гаджетов. Также был организован совместно для детей и родителей выездной семинар-тренинг.

Территория безопасности

— Российское отделение детских деревень — SOS проходит сейчас период трансформации, — сказала, открывая встречу, директор программы «Детские деревни — SOS, Мурманская область» Елена Викторова. — Все деревни в стране работают, ни одна не закрылась, но происходит плавный переход на другие рельсы. А главный акцент сегодня делается в основном не на воспитание детей-сирот, а на преодоление главной причины их сиротства. Сегодня буквально все деревни занимаются в первую очередь профилактикой социального сиротства. И тут особую роль играют социальные центры. Сейчас у нас таких два, один в Мурманске (он начал работу первым в России), а второй — в Татарстане. Ждем открытия третьего, в Новгородской области. Хочу подчеркнуть: в следующем году исполнится уже 20 лет, как мы работаем с системой УФСИН, продвигая те гуманистические направления, которые сегодня очень востребованы обществом. Причем наш «Социальный центр-SOS, Мурманск» стал первым в России, кто начал сотрудничать с управлениями исполнения наказаний.

Елена Викторова напомнила о том, как важна и нужна работа центра в отдаленных поселениях, где не совсем развита инфраструктура. Взять хотя бы наш Ловозерский район, где работает один специалист. Казалось бы, что он может сделать в одиночку? На самом деле — очень много. И в частности — организовать в пределах муниципалитета серьезную работу с родителями и детьми.

Непосредственные итоги реализации проекта «Траектория SOS-поддержки» были представлены в выступлениях руководителя проекта Натальи Курдвановской и специалистов отделения по профилактике социального сиротства, координировавших направления деятельности.

Проект реализовывался в Мурманске и двух отдаленных районах региона, в каждом из которых был проведен комплекс тематических мероприятий, направленных и на детей, и на родителей. В частности, для несовершеннолетних состоялся цикл тренингов, направленных на повышение коммуникативной компетенции, практикумы по безопасному поведению, прошла акция «Территория БЕЗопасности», посвященная Международному дню детского телефона доверия, и мероприятия в рамках Клуба выходного дня.

Нелишне напомнить: наш заполярный соццентр-SOS практически первым в стране начал работать с ребятами, которые оказались в конфликте с законом, с трудностями в адаптации и находятся под контролем системы УФСИН.

— Мы всегда готовы проводить профилактику среди несовершеннолетних, но, когда стали встречаться с их папами и мамами, они признались: пока мы, родители, не повысим свою цифровую грамотность, толку не будет. И сказали, что иногда их дети ориентируются в социальных сетях лучше, чем они сами, — отметила начальник отделения психологического обеспечения ФКУ УИИ УФСИН России по Мурманской области Светлана Серебрякова. — Сама я сделала вывод, что наши ребята считают (и не без оснований) нас, взрослых, не очень далеко продвинутыми в информационной сфере и порой даже не стараются нам что-то объяснить. Поэтому очень важно идти с вопросами профилактики именно к родителям и учителям — к взрослым.

Многим из участников рабочей встречи хорошо запомнился обучающий семинар «Аспекты работы с несовершеннолетними с асоциальными формами поведения и аутоагрессией», прошедший в конце нынешнего марта, в котором участвовали 30 человек. Провел его тренер Юрий Афанасьев — врач-психиатр высшей категории, аккредитованный эксперт Роскомнадзора, член Общественного совета при уполномоченном при президенте РФ по правам ребенка.

Стало теплее жить

За период реализации проекта в программу комплексного сопровождения были включены 87 семей, где воспитывается 181 ребенок. В их числе 15 родителей, имеющих наказания, не связанные с лишением свободы, воспитывающих 27 детей. Также 62 родителя приняли участия в мероприятиях проекта по повышению социальных и родительских компетенций. Участникам проекта систематически оказывалась психологическая помощь: проведено 96 консультаций.

Что же получилось, и что хотелось бы улучшить? Это участники встречи обсуждали подробно и предметно.

— Задача любой итоговой встречи — показать, как работала система в комплексе, а сегодня это уже пятый проект, поддержанный Фондом президентских грантов, который мы разрабатываем и реализуем совместно с ФСИН, — отметила директор «Соццентра-SOS, Мурманск» Наталья Курдвановская. — Каждый из проектов, которые мы начинали, продолжали, совершенствовали, работал на какое-то новое направление. Когда-то мы первыми стали реализовывать проект поддержки женщин, имеющих отсрочку наказания до достижения ребенком 14 лет. Потом стали работать не только с женщинами, но и с мужчинами. Воплотили в жизнь в колонии-поселении две наши авторские программы. Еще одно направление — работа с несовершеннолетними, находящимися в конфликте с законом, стоящими на учете во ФСИН.

Наталья Курдвановская подчеркнула, что проект «Траектория SOS-поддержки» в какой-то момент показал, что необходимо добиваться, чтобы те достижения и результаты, к которым пришли специалисты центра, стали системными. Не случайно новый проект стал, по сути, продолжением проекта «SOS-Драйвер», реализованного в 2021 году и направленного уже тогда на профилактику социального сиротства в социально уязвимой категории семей. А делалось это путем применения эффективных практик в области социальной и психолого-педагогической поддержки. Кстати, по результатам того проекта у сотрудников центра появилось много новых друзей и волонтеров, которые помогают во всем.

Партнерами нового проекта стали УФСИН России по Мурманской области, администрации Ловозерского района и городского образования Ревда, комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав Октябрьского и Первомайского округов города Мурманска. Также активное участие в проекте принимал отдел опеки и попечительства комитета по образованию администрации Мурманска.

А главным результатом проекта его координаторы считают положительные изменения качества жизни у большинства семей-участников.

Нина Антонян

Опубликовано: Мурманский вестник от 29.12.2023