УДО - это свобода в кредит

 

В Мурманской области за 11 месяцев 2012 года удовлетворено 42% об условно-досрочном освобождении. Много это или мало? Прокомментировать положение дел с условно-досрочным освобождением мы попросили полковника внутренней службы в отставке Константина Эдуардовича Гусева, более 30 лет прослужившего в уголовно-исполнительной системе и хорошо знающего эту проблему.

Свободен!

Не вдаваясь глубоко в дебри истории, давайте все-таки вспомним, как обстояли дела с УДО десять лет назад. Вот статистические данные по Мурманской области: в 2001 году освободились условно-досрочно 2900 человек, в 2002г. – 2800, в 2003г. – 2300. То есть 95% (!) осужденных освобождались условно-досрочно и лишь 5% — в связи с окончанием срока наказания. Связано это, в первую очередь, с тем, что к концу 90-х – началу 2000-х годов в России в местах лишения свободы находилось порядка 1 миллиона 200 тысяч осужденных, больше, чем во всем Советском Союзе к моменту его распада. Уголовно-исполнительная система финансировалась не более чем на 40% от ее потребностей, не хватало буквально всего – продуктов питания, медикаментов, топлива. Спальных мест, и тех не хватало, особенно в СИЗО, где люди вынуждены были спать в три смены. Из этой ситуации надо было как-то выходить, в том числе и путем более широкого применения условно-досрочного освобождения. Суду и администрации колоний для УДО достаточно стало двух критериев: установленный законом срок отбыл? Действующих взысканий не имеешь? Свободен!

В итоге к 2004 году ситуация в местах лишения свободы стабилизировалась, заметно увеличилось финансирование из государственного бюджета, СИЗО и колонии перестали напоминать переполненный автобус в час «пик». A подход к УДО, в первую очередь в головах осужденных, оставался прежним. Ведь к хорошему привыкают быстро. За эти годы многие успели по 2-3 раза условно-досрочно освободиться и решили, что это в порядке вещей. И делать-то особо ничего не надо – сиди на койке, смотри телевизор и жди, когда УДО само тебе в руки с неба упадет.

А тут еще забило тревогу МВД: резко пошла в гору рецидивная преступность. Как говорил Доцент из « Джентльменов удачи»: «Украл, выпил, в тюрьму — романтика!». Легкость досрочного освобождения породила у многих чувство безнаказанности, сроки лишения свободы в умах быстро пересчитывались применительно к УДО и казались совсем не страшными.

Отказывали, отказывали…

Когда в 2007 году подход судей к УДО резко изменился: количество удовлетворенных ходатайств снизилось в 3-4 раза. Для осужденных это стало настоящим шоком! Да и администрация колоний не сразу перестроилась, мол, мы ходатайствуем, а суды отказывают.

Отказывали по различным основаниям – «тяжкая статья», «большой срок», «были взыскания», «ранее уже освобождался по УДО» и так далее. Отказывали, к сожалению, даже лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности. При посещении колоний все вопросы сводились к одному: «Проблема с УДО!». Особенно это касалось ревденской ИК-23….

Позже было проведено координационное совещание руководителей областного суда, областной прокуратуры и УФСИН. Позиция суда была определена довольно жестко: для различных категорий осужденных разный подход к вопросу УДО. Иными словами, если впервые осужденные за преступления небольшой и средней тяжести могут рассчитывать на достаточно лояльное к себе отношение,  то  ходатайства об УДО лиц, осужденных за особо тяжкие преступления, особенно в отношении несовершеннолетних, распространение наркотиков в крупных размерах, умышленные убийства при отягчающих обстоятельствах будут рассматриваться очень тщательно и принципиально. Как видно из статистических данных, такое положение дел сохраняется и в настоящее время.

Индивидуальный подход

Какие же законодательные критерии определяют, кто достоин УДО, а кто нет?

В статье 79 УК РФ по этому поводу говориться следующее: «Лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания». Более подробно об этом сказано в ч.1 ст.175 УИК РФ:  в ходатайстве об УДО «должны содержаться сведения, свидетельствующие о том, что для дальнейшего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании наказания, поскольку он частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления, раскаялся в совершенном деянии, а также могут содержаться иные сведения, свидетельствующие об исправлении осужденного».

Тем не менее, невозможно разработать и тем более законодательно закрепить универсальную схему, некий шаблон, определяющий, кто «нуждается» в дальнейшей отсидке, а кто уже «не нуждается». Ведь все осужденные разные, они отличаются друг от друга тяжестью и категорией совершенного преступления, количеством судимостей, возрастом, здоровьем и еще десятками критериев.

21 апреля 2009 г. вступило в силу постановление Пленума Верховного суда РФ № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания и замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания». Основной идеей, заложенной в этом документе, является обязанность суда обеспечить индивидуальный подход к каждому осужденному. В частности, в постановлении говорится о том, что не могут служить основаниями для отказа в УДО наличие прежних судимостей, непризнание вины, кратковременность нахождения в колонии, предыдущие УДО, наличие взысканий, непогашенный по независящим от осужденного причинам иск, отсутствие гарантий трудового и бытового устройства, большой не отбытый срок и иные, не указанные в законе, основания.

В то же время, фактическое отбытие осужденным предусмотренной законом части срока наказания и отсутствие у него взысканий не может служить безусловным основанием для условно-досрочного освобождения. Суд обязан учитывать в совокупности все данные о его личности. 

Легко ли?

УДО – не только поощрение за хорошее поведение в колонии.  Это, в первую очередь, принятие судом от имени государства решения о том, что осужденный более не опасен для общества, что преступлений он впредь совершать не будет.

Легко ли принимать такие решения в отношении неоднократно судимых или совершивших особо тяжкие преступления?

Потому-то и процент отказов в УДО в колониях особого и строгого режимов был и будет выше, чем на общем режиме или в колонии-поселении. Думаю, что рассматривая материалы об УДО, судья вольно или невольно оценивает весь жизненный путь осужденного, его прежние судимости, тяжесть преступления, освобождался ли он ранее по УДО или амнистии, а не только поведение в местах лишения свободы. Но, так как в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда эти факторы не могут являться основаниями для отказа в УДО, то причинами для отказа являются «нестабильное поведение за весь срок наказания», «малое количество поощрений», «неустойчивая психологическая характеристика» и так далее.

Вообще, с моей точки зрения, условно-досрочное освобождение похоже на получение кредита в банке. Человек получает свободу, но при этом берет на себя обязательства – не совершать новых умышленных преступлений, не нарушать общественный порядок, исполнять обязанности, возложенные судом (являться на регистрацию, трудоустроиться, пройти курс лечения от наркомании или алкоголизма и т.д.). Если же он эти обязательства не исполняет и вновь оказывается за решеткой, то и получение от государства нового кредита доверия в виде УДО для него будет гораздо труднее, чем в первый раз.

Еще один аспект проблемы УДО

Кто должен убеждать суд в том, что для своего исправления осужденный не нуждается в дальнейшем отбывании наказания? Администрация колонии вместе с прокурором? Наверное, и они тоже… Но в первую очередь это необходимо делать самому осужденному или его адвокату, или иному законному представителю. Стандартные фразы в ходатайстве об УДО — «добросовестно отношусь к труду», «не имею нарушений режима» — на положительное решение суда давно уже не оказывают влияния. В соответствии с законом, отвечает на это суд, каждый осужденный обязан трудиться и не нарушать режим, исполнение своих обязанностей – не основание для УДО. И логика в этом утверждении есть.

А вот если осужденный, к примеру, перевел деньги в фонд помощи пострадавшим от стихийного бедствия или на лечение ребенка, в детское учреждение или на строительство храма и этот факт отражен в его ходатайстве и  характеристике, то данное обстоятельство, возможно, и послужит основанием для принятия судом положительного решения.

Все ли знают?

Кроме того, в ст.79 УК РФ говориться не только об УДО, но и о замене неотбытой части наказания более мягким наказанием. Этот вид досрочного освобождения из мест лишения свободы почему-то применяется очень редко. Сразу уточню, что перевод в колонию-поселение заменой наказания более мягким не является, в поселении тоже отбывают лишение свободы. Более мягкие виды наказаний – штраф, исправительные работы, ограничение свободы. Следует иметь в виду, что по закону исправительные работы назначаются на срок не более двух лет,  ограничение свободы – не более четырех лет, поэтому, если до конца срока остается больше, то вопрос  замены наказания более мягким положительно решен не будет.

Почему осужденные редко обращаются в суд с такими ходатайствами? Возможно, потому, что УДО как-то приятней: освободился и все. А тут — надо становиться на учет в уголовно-исполнительную инспекцию и отбывать хоть и не лишение свободы, но все же наказание. Возможно, потому, что в ч.3 ст.175 УИК РФ говориться о том, что для замены наказания более мягким администрация колонии должна вносить в суд соответствующее представление. И не все знают, что Верховный суд уже давно разрешил осужденным обращаться в суды с подобными ходатайствами самостоятельно, без представлений администрации.

Думаю, что если осужденный будет просить суд освободить его не просто на все четыре стороны, т.е. по УДО, а с постановкой на учет и надзор уголовно-исполнительной инспекции, то такое ходатайство удовлетворят быстрее. Кстати, в соответствии с законом, отказ суда в УДО не препятствует направлению ходатайства о замене наказания более мягким, не дожидаясь 6 месяцев со дня отказа.

Подводя итоги, положение дел с УДО в Мурманской области я бы оценил в целом как вполне нормальное. Хотя, конечно, отдельные отказы судов вызывают недоумение. Но, повторю еще раз, условно-досрочное освобождение – это право суда, а не обязанность.

Справка

В конце сентября 2012 года в Федеральной службе исполнения наказаний прошла пресс-конференция, посвященная вопросам условно-досрочного освобождения из мест лишения свободы.

Прозвучали следующие цифры: за 9 месяцев 2012 года в местах лишения свободы в России находилось в среднем около 700 тысяч человек, из них освобождено условно-досрочно 42 тысячи (35,8 % от имеющих право на УДО). Кроме того, ФСИН России планирует выйти с законодательной инициативой о рассмотрении вопросов УДО судом присяжных заседателей, а не судьей единолично, как в настоящее время. Связано это с тем, что судьи далеко не всегда соглашаются с мнением администрации колоний и отклоняют ходатайства положительно характеризующихся осужденных, встречаются также случаи освобождения лиц, которых сотрудники характеризовали отрицательно.

А как обстоят дела с условно-досрочным освобождением в исправительных учреждениях Мурманской области, в какой степени учитывают мнение администрации мурманские суды?

— Всего за 11 месяцев 2012 года обратились с ходатайствами 1160 осужденных, — говорит начальник отдела воспитательной работы с осужденными Борис Чернов. — Следует отметить, что из них администрацией исправительных учреждений положительно характеризовались 728 человек (65% ). Освобождено условно-досрочно 488 человек, или 42% от подавших ходатайства. Это в целом по области. 

Непосредственно в исправительных учреждениях статистические данные выглядят следующим образом: из ИК-16 условно-досрочно освобождено 23 человека, из ИК-17 – 71, из ИК-18 – 126, из ИК-20 – 136, из ИК-23 – 44, из КП-24 – 70, из СИЗО №1 – 10, из СИЗО №2 -  8.

Очевидно, что эти цифры зависят от многих факторов, но в первую очередь – от вида режима исправительного учреждения. В колонии–поселении судом удовлетворено 74% поданных ходатайств, в ИК-20 – 60%. Это и понятно, так как в этих колониях отбывают наказание лица,  осужденные за преступления небольшой и средней тяжести либо осужденные впервые. К условно-досрочному освобождению из колоний строгого режима суды подходят более жестко – в ИК-17 и ИК-23 отклонено три четверти поданных ходатайств, в ИК-18 – почти две трети. В целом, я считаю, мурманские суды принимают по данному вопросу достаточно взвешенные и объективные решения, хотя, конечно, бывают и отдельные исключения.

Пресс-служба УФСИН

 

Обсудить у себя 0